«Мы, исполнители, – тоже люди, мы тоже шли на геройство: не всегда подстреливали падающих и, таким образом, рисковали своей службой».
(Григ. Трофимович Железняк) [120]
«Весь день в повести насыщен отрицательным поведением заключённых без показа роли администрации… Но содержание заключённых в лагере
(А. И. Григорьев)
«Солженицын так описывает всю работу лагеря, как будто там и партийного руководства не было. А ведь и ранее, как и сейчас, существовали партийные организации и направляли
[Практические работники] «только выполняли, что с них требовали положения, инструкции, приказы. Ведь
«Горячее негодующее возмущение у всех сотрудников МВД… Просто удивляешься, сколько жёлчи в этом произведении… Он специально настраивает народ на МВД!.. И почему наши Органы разрешают издеваться над работниками МВД?..
(Анна Филипповна Захарова, Иркутск. обл., в МВД с 1950, в партии с 1956)
Слушайте, слушайте!
«Такой дряни ещё не приходилось переваривать… И это не только моё мнение, много нас таких,
Да короче:
«Повесть Солженицына должна быть немедленно изъята изо всех библиотек и читален».
(А. Кузьмин, Орёл)
Так и сделано постепенно [123] .
«Эту книгу надо было не печатать, а передать материал в органы КГБ».
(Аноним [124] , ровесник Октября)
Да так почти и произошло, угадал ровесничек.
И ещё другой Аноним, уже поэт:
Ты слышишь, Россия,
На совести нашей
Единого пятнышка нет!
Опять это «инкогнито проклятое»! Узнать бы – сам ли расстреливал, или только посылал на смерть, или обыкновенный ортодокс, – и вот тебе аноним! Аноним без пятнышка…
И наконец – широкий философский взгляд:
«
(А. Кузьмин)
История не нуждается в прошлом! – вот до чего договорились Благомыслы. А в чём же она нуждается? – в будущем, что ли?.. И вот они-то пишут историю…
И что можно сейчас возразить всем им, всем им против их слитного невежества? И как им сейчас можно объяснить?
Ведь истина всегда как бы застенчива, она замолкает от слишком наглого напора лжи.
Долгое отсутствие свободного обмена информацией внутри страны приводит к пропасти непонимания между целыми группами населения, между миллионами – и миллионами.
Мы просто
А всё – таки прорыв совершился! Уж как была крепка, как надёжна казалась навек отстроенная стена лжи – а зазияла брешь. Ещё вчера у нас никаких лагерей не было, никакого Архипелага – а сегодня всему народу и всему миру увиделось: лагеря! да ещё фашистские!
Как же быть?? Многолетние мастера выворачивания! изначальные хвалебщики! – да неужели вы это стерпите! Вы – и оробеете? Вы – и поддадитесь?..
