«Освобождение» под небом ГУЛАГа. – Лишённые ссылки. – Как Наталья Столярова попросилась переночевать в лагере. – Всюду гонимые. – Когда твои фотографии замазаны друзьями. – Когда предпочитаешь быструю смерть. – Благоразумные зэки остаются при лагере. – Как они живут. – Чем дольше сидел – тем меньше надежды на пенсию. – «Второй день Ивана Денисовича». – В одну сторону – бровь нахмурить, в другую – впрячь сто волов. – Цена реабилитации. – Справка… – И откуда следующим поколениям узнавать?
Расслабление от свободы. – Воспрятие. – Освобождение как вид смерти. – Побег в одиночество. – Ничего не иметь, от зоны до зоны. – Трудно с благополучными. – Те, кто, напротив, нагоняют упущенное. – Гордиться прошлым – или забыть, забыть? – Как Благомыслы включаются в советскую жизнь. – Забыть – не слишком ли глубокое рабство? – Заплывчивое тело. – Забыть, как вор
Развыкание, разделение мужа и жены за 10, за 20 лет. – Когда встречаешь на воле своих следователей, своих лагерных хозяев, своих предателей. – Тщетно искать справедливости против лжесвидетелей и негодяев. – Громы прошли без дождя. – Льготы клеветникам по советскому Уголовному кодексу. – Дело Анны Чеботар-Ткач. – Где ещё бывало столько ненаказанного злодейства?
В этой книге была глава «Арест». Нужна ли теперь глава – «Освобождение»?
Ведь из тех, над кем когда-то грянул арест (будем говорить только о Пятьдесят Восьмой), вряд ли пятая часть, ещё хорошо, если восьмая, отведала это «освобождение».
И потом – освобождение! – кто ж этого не знает? Это столько описано в мировой литературе, это столько показано в кино: отворите мне темницу, солнечный день, ликующая толпа, объятия родственников.
Но – проклято «освобождение» под безрадостным небом Архипелага, и только ещё хмурей станет небо над тобою на воле. Только растянутостью своей, неторопливостью (теперь куда спешить закону?), как удлинённым хвостом букв, отличается освобождение от молнии ареста. А в остальном освобождение – такой же арест, такой же казнящий переход из состояния в состояние, такой же разламывающий всю грудь твою, весь строй твоей жизни, твоих понятий – и ничего не обещающий взамен.
Если арест – удар мороза по жидкости, то освобождение – робкое оттаивание между двумя морозами.
Между двумя арестами.
Потому что в этой стране за каждым освобождением где-то должен следовать арест.
Между двумя арестами – вот что такое было освобождение все сорок дохрущёвских лет.
Между двумя островами брошенный спасательный круг – побарахтайся от зоны до зоны!..
От звонка до звонка – вот что такое
Твой оливково-мутный паспорт, которому так призывал
И вместе с тем – обманчивая свобода передвижения…
