Вот и всё. В последний раз оглянувшись на Эльхорн, я шагнул в портал. Выйти к людям я решил в северо — восточной части границы. На юг идти не было смысла, так как вообще непонятно, живёт ли кто‑то там или нет, на севере я мог попасться в руки к товарищам жрецам, сопровождавшим моих бывших соотечественников, на северо — западе меня серьёзно смущал разрушенный войной город, так что…. Плюс именно сюда двинулась девчонка — тифлинг, так что есть шанс выйти в страну, где представителей отличных от людей рас не сжигают на кострах.
Разрабатывать какую‑то конкретную легенду смысла не было, так как понятия не имею, что вообще можно нагородить местным, чтобы они мне поверили. Думаю, для начала должна прокатить роль наёмника — мага родом из далёкого севера. Мол, пошли в поход за сокровищами, но остальные, в том числе и мой друг, знавший местный язык, немножко умерли, а я выжил и теперь пытаюсь как‑то адаптироваться на незнакомых землях.
И пусть кто‑то только попробует сказать, что всё это ложь до последнего слова!
Владимир Жириновский
К цивилизации, если мелкую низенькую землянку с жиденьким дымом, поднимавшимся из чего‑то отдалённо напоминающего дымоход, можно назвать цивилизацией, я выбрался через пять дней после того, как покинул Сольверн — крайний северо — восточный город Тальтахора. Быстро? Ну, так я ведь не на своих двоих! Дело вот в чём — пять лет просидеть на одном месте без развлечений (тупую учёбу не считаем) очень сложно, поэтому в один прекрасный момент я решил лично проинспектировать местную фауну. Ну и, само собой, первым делом начал со Стражей — кейтанов, аливаров и иже с ними.
В общем, вытащив откуда‑то из чащи кейтана, я сначала осмотрел его вдоль и поперёк, а потом попытался оседлать. Зверь, похоже, был немного в шоке — по крайней мере, в отличие от того, которого я 'подарил' девчонке, поначалу почти ни на что не реагировал, а когда я попробовал взобраться на него так и вовсе офонарел — чего это я пытаюсь сделать? Нет, конечно, именно так он не сказал — Стражи могли общаться только образами — всплывающими картинками, но недоумение прямо сквозило не только в его 'фразах', но и было написано на морде. Кое‑как объяснив, что от него требуется, я рывком забрался на кейтана и попытался как‑то на нём умоститься. М — да, со стороны, это, наверное, выглядело забавно — без седла, стремян, уздечки…. Особо пикантным этот момент делало то, что до этого я не то, что на лошади — даже на мотоцикле ни разу не катался! В общем, забравшись на зверя и кое‑как сцепив ноги у него под брюхом, а руками обхватив за шею, скомандовал полный вперёд.
Когда перелом зажил, а нога почти перестала болеть, я всё‑таки догадался сообразить нечто похожее на седло и уздечку и повторил свою попытку. Какую максимальную скорость может развивать лошадь? Километров сорок в час? Шестьдесят? А теперь представьте, что вы мчитесь на скорости 'хорошо за сотню', причём под вашим седалищем не мотоцикл, а вполне живой и даже немного норовистый организм. По крайней мере, подчинялся моим командам зверь не очень‑то охотно. Ну как же, столько лет жил себе спокойно, а тут из ниоткуда возник какой‑то двуногий. Мало того, что какой‑то блок в сознании мешает его схарчить, так ещё и на шею залез!
В общем, за время своего пребывания в Тальтахоре я вдоволь покатался и на кейтанах, и на медведях — аливарах и на волках — саргосах. При чём скачка на последних почти не отличались от первых. По крайней мере, по ощущениям. Мишки, как и следовало ожидать, особой скоростью не отличались — что‑то около 70–80 километров, хотя, по сравнению с земными, это уже очень хороший показатель.
Вот и к цивилизации я отправился на осёдланном кейтане, активировав плетение, позволяющее обнаружить любое живое существо в радиусе пары километров — чтобы успеть отпустить животное и выйти в люди, как обычный бродяга.
Ещё пять лет назад, обшарив чёрных археологов и боевиков, я отрыл несколько карт разной степени подробности и информативности. Конечно, разобрать, что там написано, я не мог, но вот примерно прикинуть, куда двигаться — запросто. Общее их качество, кстати, оказалось на вполне приемлемом уровне — города, реки, острова были отображены очень даже подробно и практически не отличались от атлантовских. Два крупных материка, десяток островов размером с Австралию (если это можно назвать островом), три десятка — размером с Мадагаскар и несколько тысяч поменьше.
