– Он взрослый человек и несёт ответственность за свои поступки. Как ты. Как я, – Стас опустил стекло и закурил неизвестно какую по счёту сигарету за ночь. – В моём багаже хренова гора косяков, которые я вынужден нести по жизни. И виноват в них только я. Кто бы что ни творил рядом, кто бы как со мной ни поступал. Мои ошибки – это мои решения. Я сам принимал их, обвиняя весь мир, прикрываясь обидой, местью, бешенством. Но это был я. Тот, кто давил на газ, кто вливал в себя алкоголь, кто унижал и растаптывал невиновных, – он мельком посмотрел на Леру и снова отвернулся к окну, – кто орал на умиравшего отца, кто чуть не спихнул с лестницы мачеху, кто пытался поджечь дом… Я творил такую дичь, ты бы знала! Но это был я. Это были мои мозги, глаза, рот, руки. В моих страданиях виноваты многие. Но в моих косяках виноват только я.
– И всё равно…
– Хватит! Не смей себя винить!!! Не ты сунула ему бутылку, не ты впихнула его в машину и не ты крутила его рулём! Не ты, поняла?!
Лера беззвучно плакала. Стас швырнул окурок и откинулся на подголовник, растерев лицо ладонями.
– Я умом всё понимаю… Но цепочка событий…
– Не зависит от тебя.
– Ладно… Попробую это пережить, – Лера, задыхаясь, рассмеялась: – Как только переживу исчезновение Радоса. Почему всё свалилось на меня за одно лето? За один месяц… Нельзя это как-то нормировать? Ощущение, что на мне какое-то проклятье.
– Только не делай глупостей.
Лера сжала пальцами переносицу:
– Подожди. Неделю назад это ведь была моя реплика.
– Жизнь полна жуткой иронии.
Она по привычке дёрнула ручку двери, но та ей не поддалась.
– Чёрт… Я забыла. Твоя бедная машина…
Стас закатил глаза:
– Лера, машина – это железо, стекло и пластик. Тем более, что у меня страховка. Суть в том, что мы оба остались живы.
– Хорошо. Выпустишь меня?
Он вышел из Ауди, и Лера неловко перелезла со своего сиденья на водительское. Её всё ещё трясло от пережитого за ночь. Стас подал ей руку и помог встать.
– Спокойной ночи. Или… Не знаю, есть ли смысл ложиться спать.
– Ты собираешься ехать в офис?
– Придётся.
– Прохладный душ и кофе. Но в середине дня ты всё равно начнёшь засыпать. Лучше вызови такси, не садись сегодня за руль.
Лера грустно улыбнулась:
– Надеюсь, ничего не забуду из этого списка…
Она обняла Стаса и скрылась в подъезде.
Он обошёл Ауди и осмотрел повреждения. Половина кузова была безнадёжно испорчена. Лобовое стекло треснуло по всей длине. Стас тихо выругался и вернулся за руль.
Впереди маячил долгий трудный день.
Лера припарковала арендованный БМВ на просторной площадке перед главным корпусом реабилитационной клиники Arnoba.
Чтобы найти Радоса, она задействовала всю свою шпионскую фантазию и всех знакомых архитекторов в Европе. Ей пришлось оформить полтора десятка липовых справок, подложить чужой рентгеновский снимок и заказать стопку нотариально заверенных переводов, чтобы приехать в клинику в качестве пациента. Недельная поездка обошлась ей в приличную сумму, но на деньги Лере было плевать. Она, как ни пыталась, так и не смогла смириться. Поэтому решила пойти ва-банк.
Вселившись в номер, Лера терпеливо прошла медосмотр, получила рекомендации и список процедур для восстановления вывихнутого и некорректно вправленного колена. После лёгкого ланча она вышла на дневную прогулку по обширной парковой территории клиники.
Больше всего Лера боялась встретить и не узнать Радоса. Что, если он обезображен? Или ему сделали пластику?..
Нацепив на нос солнцезащитные очки, чтобы было комфортно разглядывать других пациентов, она приступила к реализации финального этапа своего гениального плана. Но спустя сорок минут её уверенность в удаче сильно пошатнулась. Никого, хоть сколько-нибудь напоминающего Радоса, она так и не встретила.
Леру сжимал ужас от мысли, что он вообще прикован к постели и не появляется на улице… И тут она остановилась. Прямо перед ней, словно вкопанный, стоял он. Лера только и смогла прошептать:
– Рад?..
Радос с чёрной повязкой на одном глазу и отросшими, собранными на макушке в хвост волосами жутко смахивал на пирата. С недельной щетиной на лице, сильно похудевший, но всё такой же высокий и широкоплечий, он смотрел на Леру, опираясь левой рукой на костыль.
– Я же просил.
Она стянула с лица очки и приблизилась к нему вплотную:
– Я не смогла. Мне слишком… Слишком сильно не хватало тебя. Я, правда, пыталась. Не вспоминать. Не искать. Не плакать. Прости… – Лера прижалась к нему, с ужасом чувствуя, какой он стал худой. Радос обнял её свободной рукой и медленно вдохнул знакомый запах её волос. Как тогда, после самого унылого тренинга и истерических припадков Виталика вместо бурной ночи они с Лерой просто уснули в обнимку…
– Как ты нашла меня?
– Не спрашивай. Во мне умер Шерлок.
– Глупышка. Зачем ты здесь? Чтобы увидеть ходячий одноглазый труп?
– Да.
– Ну и как?
– Почему ты не позвонил мне перед тем, как улететь в Чехию?
Радос с надрывом втянул воздух в лёгкие.
