Спецдисциплины и Горлум – на мой взгляд, для Юры это нетипично и даже замысловато. При всём уважении к профессиональным навыкам Юры во всём остальном, что касается общего развития, наш мелкий бес – полный валенок. Надо будет как-нибудь поинтересоваться на досуге: знает ли он вообще, кто такой Горлум, или просто тупо повторяет за более продвинутыми соратниками…
Поразмышляв с минуту, Степа спросил у доктора:
– Значит, ты полагаешь, что возможен вариант с подставой?
– «Возможен»? – Доктор хмыкнул. – Да, я так полагаю. И по-моему, это очевидно для всех, кроме Петровича.
– Ясно. Петрович, ничего не хочешь добавить?
– Добавить к чему?
– К тому, что нам нужно обязательно искать этого домушника. Не хочешь сказать, чем это он для нас так ценен?
– Он нам нужен, – уверенно заявил Петрович. – Очень нужен. Если найдём, решим разом массу вопросов.
– Хорошо, – кивнул Стёпа. – Если ты так считаешь… Юра?
– Ну, если поймаем его, будет очень даже зашибись, – поделился соображениями Юра. – Этот альбинос столько всего знает, что инфу эшелонами можно вывозить. Но… Он очень ушлый. Одно слово – мастер. Так что охота ещё та будет.
– А ничего, что его нам специально подставляют чёрт знает в каких целях? – вкрадчиво напомнил доктор. – Что, вполне возможно, это смертельная ловушка для всех нас?
– Нас всех и без этого могут исполнить в любой момент, – спокойно возразил Стёпа. – Так что какая разница?
– Совершенно верно! – горячо поддержал Ольшанский. – Если такая задача поставлена, это всего лишь вопрос времени, подготовки и ресурсов. Мы можем сколько угодно сидеть в глухой обороне и ждать, когда они нанесут следующий удар. А можем начать действовать прямо сейчас: быстро, дерзко, непредсказуемо.
– Так уж и непредсказуемо… – недовольно поморщился доктор. – Нам сунули живца, по ходу дела элегантно и непринуждённо выключив основного добытчика информации, – и мы его заглотили. Живца, в смысле. Просто вопиющая непредсказуемость!
– Будем считать это разведывательным рейдом, – не унимался Ольшанский. – Как говорится, ввяжемся в драку, а потом посмотрим. То есть начнём работать и уже по обстоятельствам вносить поправки в план действий и уточнять всё на ходу. Ребята… Я понимаю ваши сомнения. Но у нас сейчас только два варианта: или сидим и ждем следующего удара, или берем то, что дают, и начинаем работать. Больше у нас ничего нет. Ни информации, ни мостов, ни каких-либо зацепок вообще.
– А по-моему, мы много времени тратим на слова, – подытожил Стёпа. – Если есть вариант с подставой, значит, надо к нему подготовиться. Экипируемся как следует, рассредоточимся, будем держать ухо востро. «Предупрежден – значит, вооружен» не мы придумали… Юра?
– Не возражаю.
– Алекс?
– Я расчленю любого, кто встанет у нас на пути!
И два членю, и три…
– Док?
– Давайте сначала Спартака спросим, – недовольно предложил доктор.
Я сбегал за инженером – он с утра пораньше возился с новой «игрушкой» в дизельной, что-то там усовершенствовал.
Выслушав краткую справку по ситуации (…надо бы поймать одного мерзавца, но при этом нас всех могут убить…), Спартак почесал задницу и деловито уточнил:
– Если будем рвать что-то основательное, надо бы запасы пополнить. Тротила осталось мало, пластита – совсем кот наплакал.
– А как насчёт «могут убить»? – напомнил доктор.
– Убить могут и на остановке, – философски заметил инженер. – И в хлебном магазине. И потом, ну-ка напомните, когда это мы делали что-то такое, за что нас не могли убить?
– То есть я так понял, что вы все дружно ведётесь на авантюру Петровича? – обескураженно уточнил доктор.
– Да, док, ты правильно понял, – кивнул Стёпа.
– Что ж… Тогда у меня просто нет выбора. Я с вами.
Ближе к полуночи, разобравшись с основной массой проблем текущего дня, Игорь Викторович Ковров пёк на углях прогорающего костра картошку и мимоходом решал по телефону вопрос об освобождении клановых волчат.
По общепринятым человечьим меркам волчата были вполне себе великовозрастными детинами: Виктор Павлович Ковров (племянник Игоря Викторовича, для своих – Палыч) и Шота Георгиевич Бабададзе (сын одного из иерархов клана) давненько разменяли третий десяток, но по статусу и способностям так и остались в статусе волчат и до разряда взрослых псов пока что не доросли. В клане люди мужают долго и упорно, некоторые так и остаются до конца жизни недопесками, а другие до взрослого статуса просто не доживают, специфика работы такая.
Так вот, Палыч и Шота уже два месяца томились в застенках, куда их определили нехорошие ребята из «Бункера» во время последней операции. Сейчас Игорь Викторович как раз додавливал решение вопроса об их освобождении, оставалось лишь окончательно договориться о цене вопроса.
