Архив первый: АНТАГОНИСТ полностью

Направившийся было в сторону указанного дома ба’астид остановился. Его сковал страх. Даже не страх, скорее это был леденящий ужас. Ма’алаки’ почуял смерть так, как не чуял никогда прежде. Впервые в жизни он предчувствовал гибель не только свою, не только своей дочери, своих внуков, он ощущал неотвратимость гибели всех в Порочном Квартале, в Калварии, возможно во всей Епархии. Муавва вслушивался в странный диалог двух странных незнакомцев, он лихорадочно думал, что же изменилось.

Ма’алаки’ смотрел вслед удаляющимся незнакомцам, он чуял — чем дальше эти двое, тем ближе смерть. Старый полутигр, переживший многое, искал способ пережить бедствие. Он было подумал, что зря процитировал писание при демоне, но дрожь души подсказала ему — писание не при чём. Он вспоминал слова о внуках, о тумане, о Храме Лже-Демона — всё это не имело значения. Он прокручивал в голове все те оскорбления, которые теперь уже вовсе не имели никакого значения: когда-то деревушка превратилась в свалку, народ милашек-кошкодевочек, особи с отклонениями, охота на бездомных и ресторанчик… «Ресторанчик»??? В голове ба’астида едва ли не зазвучал колокол, он чуял слабый огонёк надежды в этой пучине отчаяния. Ресторанчик, который неизвестно как мог спасти от катастрофы — готовый отдать все свои оставшиеся годы за малейшую подсказку старик смотрел вслед удаляющимся незнакомцам, которые шли в сторону… В сторону полигона Академии Истинного Правосудия, а в противоположной стороне находился небольшой трактир, недавно построенный одним чудаковатым святым.

От этой мысли, промелькнувшей в голове ещё сильнее постаревшего полутигра, повеяло надеждой, от неё не пахло смертью. Муавва вздохнул с облегчением, он окликнул почти уже скрывшихся в беспощадно узких улочках путников:

— Постойте, уважаемые! — Догнав «стихийное бедствие», пожилой полутигр тяжело отдышался. — Вы, кажется, искали место, в котором можно отобедать? Могу посоветовать одно заведение неподалёку. Конечно, это всего лишь трактир, но кормят там весьма достойно, особенно по меркам Порочного Квартала. Пройдите в ту сторону, по улице не сворачивая. Трактир называется «Остров Яблонь», его трудно пропустить.

— Эм-м-м. Спасибо, наверное. — Соли озадаченно посмотрел на побледневшего и в то же время довольного ба’астида, затем свернул на указанную улицу.

Вета была не менее озадачена. Она пошла вслед за другом, удивлённо сверкая зелёными бликами в пламени своих глаз:

— Что не так с этим котиком?..

— Никаких идей. Да и не мне судить, я здесь впервые. Так, для справки.

— Чего он так испугался?..

— Может, решил, что ты его вместе с внуками на стейки пустишь, если нормальную еду не найдёшь?

— М-м-м, жареное мяско… Ну, его можно понять. Нет, всё равно странно. Даже в те времена, когда химер выращивали на мясо, кошек почти не готовили.

Старый ба’астид Муавва’Ра’Хира направился к указанному Ветой полуразрушенному дому на границе проклятого пустыря. Хоть он и чувствовал до сих пор некоторый страх, однако теперь, когда неотвратимая безысходность превратилась в некоторую вероятность, Муавва позабыл даже то, что его родная дочь сейчас должна находиться в одной из обшарпанных клоак, выделенной его семье для поселения. И эта клоака, это убогое подобие жилища, находилась аккурат по пути следования двух незнакомцев, чьи голоса, наконец, затерялись в темноте каньонов-улиц Порочного Квартала.

***

Дневник Иессея из рода Наки’ир.

547 год Эпохи Эугенес, день 18 Девятой Луны.

Прошло уже довольно много времени с тех пор, как я завёл эту странную книжку. Случайно вспомнил о ней, когда сортировал псалмы. И, кажется, понял, о чём я хочу написать.

Иногда у меня бывают свободные дни, порой даже недели. Когда я только родился, то не понимал, зачем это нужно. Мне уже не менее одиннадцати лет отроду, но я до сих пор не понимаю. Впрочем, не мне осуждать указания моего ангела, моего Наки’.