В одной части книги собраны рассказы об удивительных делах Шерлока Холмса, о неожиданных разгадках, на которые оказывается способен только этот талантливый сыщик со своим аналитическим складом ума. Другая часть — это интересная повесть «Открытие Рафлза Хоу» с философским подтекстом: может ли быть счастлив человек, обладающий неимоверным, безграничным богатством? А люди, его окружающие?
Порой у меня возникает опасение, что Шерлок Холмс может стать похожим на одного из тех популярных певцов, которые давно уже пережили свое время, но все никак не хотят уходить со сцены, все снова и снова возвращаясь для очередного прощального поклона перед снисходительной публикой. Но рано или поздно этому неизбежно приходит конец и он должен будет прекратить свое существование, как материальное, так и воображаемое. Людям нравится думать, что есть мир, в котором живут порождения вымысла, некое странное, не существующее в действительности место, где кавалеры Филдинга[1] по-прежнему ухаживают за дамами Ричардсона[2], где продолжают совершать подвиги отважные герои Скотта, где очаровательные лондонцы Диккенса все также вызывают смех, а карьеристы Теккерея по-прежнему строят свои честолюбивые планы. Возможно, в каком-нибудь скромном уголке подобной Валгаллы[3] и Шерлок с верным Ватсоном смогут найти место, пока какой-нибудь еще более проницательный сыщик со своим менее проницательным товарищем будут занимать оставленную ими сцену.
Карьера его оказалась долгой, хотя пока ничто не мешает ее продлить. Когда ко мне обращаются уже достаточно немолодые люди и говорят, что выросли на его приключениях, они не получают от меня тех ответов, на которые рассчитывают. Но они должны меня понять: кому хотелось бы, чтобы в его жизни копались так же грубо? Фактически дебют Холмса состоялся в «Этюде в багровых тонах» и «Знаке четырех», которые вышли небольшими книжками в 1887 и 1889 годах. В 1891-м на страницах «Стрэнд мэгэзин» появился «Скандал в Богемии», первый из длинной череды рассказов. Публике он пришелся по душе, и ей захотелось продолжения, поэтому с того времени, тридцать девять лет назад, они начали выходить отдельными сериями, в которых сейчас насчитывается ни много ни мало — пятьдесят шесть историй. Все они переизданы в виде «Приключений», «Записок», «Возвращения» и «Его прощального поклона». Кроме того, остаются еще двенадцать рассказов, напечатанных в течение последних нескольких лет, которые и собраны здесь под общим заголовком «Архив Шерлока Холмса». Он начал свои приключения в расцвете поздней викторианской эпохи, продолжил их во время недолгого правления Эдварда[4] и продолжает занимать свою маленькую нишу даже в наши беспокойные времена. Так что я не погрешу против истины, если скажу, что сейчас в тех же журналах теми же приключениями продолжают увлекаться уже дети тех, кто впервые познакомился с ними еще во времена своей юности. Это лишний раз подтверждает, насколько терпелив и предан британский читатель.
В конце «Записок» я твердо намерился навсегда попрощаться с Холмсом, поскольку чувствовал, что мне не стоит сосредоточивать свою сочинительскую энергию в одном русле. Бледное четко очерченное лицо и худощавая фигура начинали занимать слишком большую часть моего воображения. Замысел свой я воплотил в жизнь, но, к счастью, смерть моего героя не была зафиксирована официальным вердиктом коронера, поэтому после долгого перерыва мне не составило труда в ответ на лестные для меня как для писателя настойчивые требования публики найти способ вернуть его к жизни. Я никогда не жалел об этом, поскольку сочинение этих легких рассказов не мешало мне с разной степенью успеха пробовать себя во многих областях литературы, таких как история, поэзия, исторический роман, психические исследования и драма. Если бы Холмса и не существовало, я бы вряд ли успел написать больше, хотя он, возможно, в какой-то мере и помешал признанию моих более серьезных литературных произведений.
Что ж, читатель мой, настала пора навсегда попрощаться с Шерлоком Холмсом! Я благодарен тебе за верность и могу лишь надеяться, что помог тебе хотя бы на время позабыть о житейской суете и повседневных заботах и перенестись в волшебную страну под названием Романтика.
Вступительная статья и комментарии кандидата филологических наук, доцента
Доктору Ватсону было приятно снова оказаться в небольшой неубранной комнате на втором этаже дома на Бейкер-стрит, в той самой комнате, с которой память его связывала столько замечательных приключений. Он окинул взором висящие на стене научные таблицы, прожженный во многих местах кислотой столик для химикатов, стоящий в углу футляр скрипки, угольное ведерко, в котором хранились трубки и табак. Наконец взор его натолкнулся на добродушное лицо Билли, молодого, но очень смышленого и воспитанного слуги, который помогал необщительному и замкнутому великому сыщику[7] справляться с одиночеством и оторванностью от мира.
— Здесь, похоже, все осталось по-старому. Да и вы, Билли, сами ничуть не изменились. Надеюсь, то же можно сказать и о нем?
Билли с некоторым беспокойством посмотрел на закрытую дверь спальни.
