– Азимут три-один-ноль, – сообщил Егоров. – Пока направление сохраняется, но так будет недолго.
Двигалась группа вдоль левой бетонной стены, но все без исключения соблюдали некоторое расстояние от нее, ибо под землей часто жили странные существа, чье попадание на кожу или внутрь могло обернуться самой жуткой смертью. Откуда-то доносился звук капающей воды, просачивавшиеся через землю из трещин в давно заброшенном туннеле. Эти звуки были чуть ли не единственными, что можно услышать, идя по этим местам, за исключением шагов и слабого эхо, сопровождавшее разведчиков на всем пути.
– Начинаем уходить в сторону – азимут три-пять-ноль. Туннель начинает поворачивать. – В шлеме голос командира звучал так, будто связь была с космонавтом из Центра управления полетами. Порой однообразие и постоянная напряженность затмевали собой цель и весь смысл того, зачем они вшестером идут здесь, под поверхностью, отделяемые многими метрами грунта от поверхности пускай чуждой территории, но все же куда более привычной этих мрачных стен. Ощутив возможную потерю чувства реальности, сталкер тряхнул головой, как бы сбрасывая с себя это наваждение.
– Шаги? – шепотом спросил майор на общей частоте, но микрофон усилил голос командира и все отчетливо услышали его вопрос.
– Прошли триста сорок, – ответил Араб.
– Всё больше отходим в сторону, но ответвления так и нет. – Констатировал он и задумался. Неужели станция никак не связана через подземные туннели? Чушь. Этого просто быть не может. Одной дорогой здесь не обойдешься, а в округе эти пути единственные, значит, раз есть проход, то он должен быть где-то рядом.
