- Вижу, - дернул плечом Курт; он склонился ближе к телу, даже не поморщившись, приблизил светильник и отодвинул особенно сильно мешавший клок рубахи, в который раз радуясь своему обыкновению постоянно носить перчатки. - Более того, погрызли его уже после смерти. А перед смертью пытали.
Охотник глянул на Курта недоверчиво; тот бестрепетно ткнул пальцем в темно-бурое пятно на плече убитого. Прямо рядом с указанным местом недоставало изрядного куска плоти, но майстер инквизитор имел в виду не это.
- Это - ожог, - пояснил он. - Такой оставляет прижатый к коже тлеющий уголь. А это, - он указал на три глубокие раны на груди покойного, - сделано паршиво заточенным ножом; раны от звериных когтей выглядели бы иначе. И это далеко не единственные следы. Так мог бы работать ученик exsecutor'а или молодой неопытный инквизитор, у которого не было задачи сохранить подследственному жизнь после допроса.
- Говоришь, как будто по личному опыту, - заметил Ван Ален.
Курт, не ответив, развернулся к выходу из ледника, продолжив размышлять вслух:
- Pro minimum, этого человека убил не ликантроп, а человек, желавший получить от него какую-то информацию. Далее он либо зарыл его на пустыре, где позднее его откопали бродячие псы, либо намеренно отдал собакам, чтобы замаскировать следы, а затем выбросил на пустыре, - он внезапно замолк, обернувшись к шедшему за ним Ван Алену, и резко спросил: - Когда был последний дождь?
- В день моего приезда, - не задумавшись, отозвался охотник. - Я вымок до костей, пока добрался... - и, поймав взгляд Курта, добавил убежденно: - Выходит, его именно закопали, иначе он не был бы так перемазан землей, да?
Курт кивнул и обратился к секретарю, поджидавшему их за дверью:
- Тело, найденное после полнолуния, было в сходном состоянии?
Веры местным "expertus'ам" было немного, но спросить стоило в любом случае. Вдруг припомнится какая-нибудь незначительная на первый взгляд, но важная при ближайшем рассмотрении детальность.
- Д-да, - неуверенно протянул Циммерманн, подумав несколько секунд. - Примерно... Только не такой грязный. Там был двор, вымощенный булыжником, и чудовище не поваляло бедолагу по земле...
Курт снова удовлетворенно кивнул и зашагал к лестнице наверх. В зал, где заседали бюргермайстеры, он снова вошел без стука.
- Это не ликантроп, - уверенно сообщил он обернувшимся к нему ратманам. - Эта смерть - дело рук человека, весьма хладнокровного и жестокого. И убит он был не случайно. Убийца пытался что-то у него выведать. Следы истязаний не сразу заметны при нынешнем состоянии тела, однако присутствуют несомненно. Собаки же обглодали уже мертвое тело, выкопав его из-под земли на пустыре.
- Вы... вы уверены, майстер Гессе? - растерянно переспросил Вебер.
- Совершенно, - кивнул Курт. - Поверьте, мне доводилось видеть человека, растерзанного вервольфом. Это - не тот случай.
- Господи Иисусе, - пробормотал Шварцштайн, с ошарашенным видом переглядываясь со старшим коллегой. - Неужто тот же душегуб, что в прошлом месяце вдову Хайне порешил? Это что ж тогда получается... - как-то почти потерянно закончил ратман, переведя ошалелый взгляд на майстера инквизитора. - Отродясь же не случалось такого в нашем городе!
Курт развел руками:
- Что поделать, все когда-то случается впервые... Так, вы сказали, было еще одно подобное убийство? - уточнил он скорее pro forma. По всему выходило, что Висконти был прав, дело не по части Конгрегации, а господин следователь волен покинуть Эбинген этим же вечером и продолжить прерванный путь в альпийский лагерь.
- Так то-то и оно! - горячо закивал бюргермайстер. - Как раз с месяц назад. Жила одинокая вдова - мужа рано потеряла, детей Бог не дал, держала лавку, что от супруга покойного осталась. А тут нашли ее под мостом, тоже всю истерзанную, изрезанную, все потроха наружу... Насилу опознали, - Шварцштайн передернулся при одном воспоминании. - И лавку ее обнесли... Ну, мы и решили - вздумалось кому-то ограбить небедную женщину, по-тихому не вышло, вот ее и...
- Стоп, - вскинул руку Курт; над переносицей вспыхнула знакомая боль, тут же, впрочем, утихнув. - Когда именно убили эту вдову?
- Так говорю же, с месяц назад...
- Какого числа? - настойчиво переспросил он.
- Да кто ж его разберет... - пробормотал Циммерманн, ощутив на себе взгляд ратмана. - Нашли седьмого, в понедельник. Вроде как труп был свежий, уж всяко не как этот...
- Так... - протянул Курт; переглянувшись с охотником, вновь обратился к секретарю рата: - Значит, четыре недели назад была убита вдова Хайне, лавочница. Две недели назад... кстати, кем был тот убитый, выяснили?
- Густав Пикель, каменотес, - ответил Циммерманн все с той же легкой растерянностью.
- У него здесь были родственники?
- Его семья в то время как раз в отсутствии была. Жена с детьми уехала к матери в Лаутлинген до Пасхи, только с неделю, как воротились...
- Кто-то еще в Эбингене погиб или пропал за последнее время? - резко перебил Курт.
- Да было пару раз, - после короткой паузы отозвался Вебер. - На прошлой неделе вот стряпчий в Шмихе утоп...
