Лицо Нут было сильно обожжено, но она все еще дышала. Надев на нее кислородную маску (разгерметизация привела к почти полной потере кислорода), Леви-Хоук попыталась вытащить сломанную руку, но не смогла.
– Мы с Арком все поправим, обещаю тебе, – прошептала она, убирая рыжие волосы со лба девушки.
В этот момент Нут слегка приоткрыла глаза и прошептала что-то одними губами.
– Что? Солнце, я совсем не слышу тебя! – Вега склонилась совсем близко к ее лицу.
– Ма… Маат, – повторила Нут Мускари.
Маат Хост задыхался. С каждым вдохом в легкие попадало все меньше и меньше кислорода, но его работа была еще не закончена. Коррин Блаз еще стоял на ногах.
– Отдай координаты планеты, Финн! – прокричал игрок, сделав очередной вдох из маски.
– Иди к черту! – крикнул Арктур, беря разбег.
Оттолкнувшись от поверхности, он сделал длинный прыжок. Блаз вильнул в сторону, но тот все равно зацепил его, и вот оба астронавта уже покатились по пыльной земле. Пользуясь преимуществами в габаритах, Коррин быстро оседлал Финна и принялся что есть сил молотить его кулаками.
«Он убьет меня», – промелькнуло в голове у Арка, когда одичавший Блаз в очередной раз боднул головой его шлем. По стеклу поползла витиеватая трещина, сильно снижающая обзор.
«Но тогда погибнет и Вега!» – встречная мысль подействовала, словно укол адреналина.
– Грязная игра, Коррин, – произнес Арктур на выдохе. – У своего отца научился?
Упоминание об отце заставило Блаза остановиться. Его глаза налились кровью, а кулак нацелился точно в голову Арка, намереваясь вогнать стекло шлема поглубже в его череп.
– Я – не отец! – с ненавистью крикнул он, замахиваясь для последнего решающего удара.
На эту заминку Арктур и делал ставку. «Давай же, Маат!» – взмолился он, боковым зрением замечая, как орудия «Гераклиона» неумело наводятся на мишень.
«Прицел. Вдох, – сказал себе Хост, почти теряя сознание. – Не закрывать глаза. Не дышать».
Не дышать. Он уже не мог вдохнуть, даже если бы захотел. Кислорода больше не было в рубке, за исключением капитанского мостика, где под панцирем из свернувшейся обшивки лежала все еще живая Нут Мускари.
Глаза Маата заволокло пеленой; он чувствовал, как проваливается в сон, вызванный стремительной гибелью клеток мозга, однако руки, покрытые кровавыми мозолями от ежедневных тренировок, знали свое дело.
Отчаянный крик вырвался из груди вместе с последним кислородом. Пальцы Маата сжали гашетку, и два лазерных луча, точные и смертоносные, поразили Коррина Блаза. Поверженный, он упал на поверхность, и белая пыль моментально окутала его, точно саван.
С ненавистью Арктур сбросил с себя тело игрока. Зажал рукой трещину в стекле и оглянулся по сторонам.
«Гераклион» был уничтожен: левое крыло, в котором исчезла Вега, было разворочено выстрелом из Тора; «Аркадия» же стояла рядом мертвой глыбой, и Арктур уже знал,
– Арк! – Отчаянный крик Веги вырвал его из состояния оцепенения. Не теряя больше ни секунды, Арктур бросился к орудийному отсеку.
Леви-Хоук уже была там; склонившись над Маатом, она прижимала кислородную маску к его лицу, а по ее щекам текли слезы.
– Ты только что спас всех нас, парень, – сказал Арктур, но вдруг осекся.
Слишком спокойным было лицо юного морфа, слишком безмятежным.
– Маат?.. – Финн тронул его за плечо. Тот остался лежать неподвижно.
– Он погиб, защищая нас. – Вега осторожно убрала маску с его лица, сложила на груди все еще кровоточащие ладони.
– А Нут? – спросил Арк, чувствуя, как боль скручивается в груди тугим узлом.
– Жива, но ей нужна наша помощь, – слабо сказала Вега.
Не говоря ни слова, Арктур выбрался из обломков корабля. Стащил с головы разбитый шлем и что есть силы приложил его о камень.
Чувство вины и отчаяния заполняло его целиком, оно рвалось из груди вместе с криком боли и ненависти. Но не Коррина Блаза ненавидел он, а свою мать.
– Зачем ты привела меня сюда?! – крикнул он в пустоту. – Зачем?!
Ему никто не ответил, только вырвалась из земли пара горячих гейзеров. До рассвета оставалось всего два часа, и поверхность этой мертвой планеты все больше напоминала раскаленную сковородку.
Ноздри обжигал сухой горячий воздух. С каждой секундой все сильнее кружилась голова, а дышать становилось труднее.
«Вот что чувствовал он перед смертью, – подумал Арк, вспоминая безмятежное лицо Маата. – И все равно выстрелил».
Небо на горизонте светлело. Неожиданно странные существа, напоминающие летучих мышей, снялись с места и полетели в сторону скал. Наверняка они спешили спрятаться от убийственных солнечных лучей, которые придут в следующие шестьдесят минут. А может быть, это было просто эхо, воспоминание о том, что происходило на планете раньше.
Неожиданно Арктур все понял. Скалы! Именно на вулкан указывала ему Лора, на самую вершину. Что бы это ни значило – он должен попасть туда до рассвета. Вот только без шлема или хотя бы кислородной маски ему ни за что не сделать этого. Развернувшись, он решительно зашагал к «Аркадии».
