–Приезжай ко мне, ma petite, и привози с собой Натаниэла.
–Я люблю тебя, - сказала я в ответ.
–И я тебя.
Мы закончили разговор, и я наконец смогла уделить должное внимание идущей к нам паре. Женщина была миниатюрной и белокурой, смущенной и любопытной одновременно. Мужчина был раздражен или смущен.
–Вы Брендон? - спросила она у Натаниэла. Он спокойно кивнул, и его улыбка стала шире. Он был счастлив ее видеть, он был рад, что его заметили. Он пошел ей навстречу. Я действительно не знала, как реагировать. А какой по вашему должна была быть моя реакция, когда незнакомая женщина подходит к моему бойфренду и что-то начинает ему говорить.
–И вы тоже бывали на сцене, - заметила она, поворачиваясь ко мне. Я была известна, как Анита Блейк, охотник на вампиров, аниматор, но она запомнила, как однажды ночью в Запретном плоде меня вытащили на сцену. Натаниэл выбрал меня из толпы вместо какой-нибудь незнакомки. Я тогда согласилась, но не хотела бы это повторить.
–Однажды, - кивнула я, чувствуя, как напряжение растет. Надо было просто сказать «Да». Натаниэл беспокоился, что я смущаюсь из-за него, поэтому я сейчас не смутилась. Он был стриптизером, и это было прекрасно, но это не мой конек. Я не настолько эксгибиционистка.
–Я только что убедила Грэга пойти со мной в клуб, и он был тогда рад, что приехал, не так ли? - Она обернулась к своему хмурому спутнику.
Он, наконец, кивнул, стараясь на меня не смотреть. Определенно он стеснялся. Теперь нас таких было двое. Ни одна деталь моей одежды не могла бы смутить, но я старалась не думать об этом.
–Это было так эротично, то, что вы делали на сцене вместе, - продолжала она. - Настолько чувственно.
–Рад, что вам настолько понравилось наше представление. Я выступаю завтра вечером. - Решил перевести тему Натаниэл.
Ее лицо прямо таки светилось счастьем.
–Я знаю. Я постоянно захожу на вашу страничку в Интернете. Но там нет ни одного упоминания о вашей напарнице. - Она кивнула в мою сторону. - Грэг хочет знать, когда вы вернетесь на сцену, чтобы он смог вновь вас увидеть? - Она посмотрела на меня, когда это говорила. В голове у меня вертелся только один ответ: «Когда ад замерзнет!», и я готова была сказать это вслух, но Натаниэл спас положение.
–Вы думаете, это убедит Грэга снова приехать с вами в клуб?
Она кивнула.
–Мне пришлось ее силой тянуть на сцену.
–Правда? - удивилась она.
–Правда. - Подтвердил Натаниэл.
–Это был ваш первый выход на сцену? - заговорил наконец Грэг.
–Да, - ответила я, размышляя, как закончить этот разговор, не нагрубив. Для меня грубость - это норма, но не для Натаниэла. Грубость плохо влияет на бизнес, но была одна вещь, кроме нее, которая могла нам помочь, ее-то Натаниэл и сделал.
–Ну, это был не то, чтобы совсем наш первый раз, - сказал он и посмотрел на меня очень выразительно. Взгляд был таким, какой вы никогда не захотели бы показать постороннему. Слишком горячий, переполненный сексом.
Я посмотрела на Натаниэла. И мой взгляд ясно говорил: «Или ты закончишь этот разговор, или это сделаю я!» Натаниэл оценил мой взгляд.
–Я очень рад, что вы смогли насладиться моим представлением в полной мере, и очень надеюсь увидеть снова вас обоих завтра. Хорошей ночи вам. - И он начал медленно нас разворачивать.
Грэг сделал шаг нам навстречу.
–Вы будите там завтра?
Натаниэл улыбнулся и ответил:
–Конечно.
–Нет, - Грэг отрицательно покачал головой, - не вы, она. Как ее зовут?
Я не хотела ему называть мое имя. Не спрашивайте меня, почему, но я этого не сделала. Натаниэл снова меня спас.
–Никки.
Я посмотрела на него. Я стояла спиной к паре, так что они не видели моего лица.
–Никки? - уточнил Грэг.
Натаниэл взял меня под руку, другой рукой обхватив коробку, и балансируя так, повел нас прочь.
–Когда она на сцене, - уточнил он.
–Когда Никки будет в клубе?
–Никогда, - сказала я сама себе и пошла быстрее. Натаниэл не отставал от меня. Когда мы были уже недосягаемы для наших фанатов, его лицо исказилось страхом. Страх перед борьбой, которая все яснее вырисовывалась на горизонте.
Я была настолько зла, что даже не обращала внимания на толпу, так что мне пришлось взять в себя в руки, чтобы не упустить ничего из виду. Я больше была смущена, чем злилась, и это значило, что дело плохо. Я очень не любила смущаться и обычно прятала смущение под гневом. Но даже зная это, я все равно продолжала смущаться. Оставалось только выяснить, почему я еще и злюсь.
Я дождалась, пока мы вышли на стоянку, чтобы высказаться:
–Никки? Это и есть супер сексуальное имя?
–Ну его бы я запомнил, - прокомментировал он. Я резко отодвинулась от него так, что он перехватил коробку.
–Никогда и ни за что я больше не выйду на сцену, так что в псевдониме я не нуждаюсь!
–Ты вроде не хотела называть им свое настоящее имя?
Я нахмурилась, глядя на него.
–Я достаточно часто мелькаю в новостях. Рано или поздно они меня заметят.
–Возможно, но если ты скажешь им свой псевдоним, они будут думать о тебе только, как о стриптизерше, и не сопоставят тебя с образом федерального маршала. Ты очень смутилась, когда детектив Арнет увидела нас на сцене той ночью.
