Эх… Чертов Конни…
Браус оставила свои тщетные попытки его успокоить. Она молча стояла сзади, словно тихий ангел-хранитель и сжимала руки на худых плечах. За ее спиной Криста жалась к Имир, стремясь, кажется, исчезнуть прямо в ней, подальше от всего этого.
Эти сослуживцы, можно сказать, мнимые товарищи были слишком юные и не готовые встретить столько всего сразу.
Из огня вдруг искрой выскочила кость, будто издеваясь над всем ними. Конни с Сашей испуганно отскочили, Криста пискнула, Имир, кажется, промолчала. Они все трое тоже ничего не сказали. Не сдвинулись с места.
Энни, смотря на эту кость, бывшую когда-то частью целого живого человека, вспомнила о том, как несколько минут назад от них ушел Жан, говоря, что встретить такую кончину — самое, пожалуй, херовое из всего.
И высокомерный горделивый конь зарыдал, как девчонка. Вытер потом рукавом сопли. Энни сейчас думала, зарыдал бы он еще больше, если бы эта кость выстрелила при нем. Как издевательский фейерверк. Точно финальная смертельная пуля.
Энни не обращала внимание на предостережения товарищей о том, что она, наверно, очень горячая, подняла эту кость с земли, сжала в руке. С интересом, наверно, чудовище внутри рассматривало ее, даже не морщась от высокой температуры.
К ней подошел Армин, заглядываясь на кость со спины. Энни услышала его где-то может еще за пару метров.
Чутье, наверно. Хотя она не уверена.
Армин пропустил вперед полностью спокойную Микасу, говоря, что догонит ее. Аккерман, перед уходом, взглядом намекнула Энни о том, что готова бросить в этот костер и ее. А Энни, в общем-то, не против.
Армин взял руку светлой девочки в свою, тихим шепотом начиная рассказывать обо всем, что у них с Эреном произошло. Энни положила кость в карман, шутливо подумав, что из него можно было бы сделать неплохой кулочник.
Как считал Эрен, светлая девочка не умеет шутить. Чудовище, в общем-то, тоже.
Армину нравятся ее шутки. Энни мысленно улыбается такой мысли, хватая крепко руку Арлерта в ответ.
Армин непонятливо шутит про Эрена, заставляя Леонхарт искренне тихо рассмеяться все равно. Краем глаза она смотрит на недовольных братьев по несчастью и кидает им взгляд, полный серьезности и уверенности в себе, в завтрашнем дне и всей их главной операции. Светлая девочка и чудовище, почему-то, обе молчат.
Пожалуй, это точно ненормально.
Комментарий к 11.
Два слова с небольшим предлогом - галопом по европам. Я охватила сразу все события, начиная с четвертой и заканчивая тринадцатой серией, добавив, при этом, начало шестнадцатой и момент не экранизированный момент из манги. Если кто не в курсе, Марко был убит этой компанией, когда с него стянули привод и столкнули к титану.
А сама эта глава, собственно, сосредоточена только вокруг Энни, ее мыслях и внутренней тяжелой борьбе. Мне кажется, что она может показаться слишком скучноватой. Но такая в любом случае должна была быть в моем фанфе, окончательно раскрывая персонажа. Спасибо за чтение!
========== 12. ==========
«Арлерт шел по коридору, изредка оглядываясь и проверяя, не присоединился ли к ним кто-нибудь. Не пошел ли в ту же сторону.
Энни, заметив его постоянные повороты головой, с раздражением велела успокоиться и не думать, что кто-то за ними решил шпионить.
— Я так не думаю, — сказал Армин, будто на зло еще раз оглянувшись, и долго задержав на чем-то взгляд. Энни очень хотелось, чтобы прямо сейчас на его пути появилась стена, что не галантно решит проблемы с его паранойей и вернет инстинкт самосохранения.
Армин, кажется, не волновался о том, что может куда-то врезаться. Может потому, что рядом с ним шла Энни и в случае чего рассказала бы о преграде на пути. Или просто воспоминания обо всем, что ему пришлось пройти до того момента, когда он сейчас мирно направлялся на улицу, будто никакого кошмара и не случилось, молча сообщали ему о том, что все остальные неприятности в жизни — не неприятности.
Если бы он врезался сейчас в стену, то, скажем, перекошенные ненавистью лица солдат, стоящих за пушками и направленных прямо в его сторону, вдруг перестанут уже казаться самыми страшными? Или титаны? Смерть Эрена, пусть и не настоящая или господи прости дальнейшее его появление из такого же титана?
В день падения Шиганшины Армин вблизи ни одного титана не увидел — только издалека макушки их голов или снизу огромные босые стопы. Но это не было особо страшным тогда, когда он находился за спинами солдат, прячась в большой толпе и крепко-крепко держа любимого дедушку за руку. Тогда даже почти дрожать не хотелось — только увидеть снова друзей и поспать чуток. Может именно поэтому ему удивительно легко далось решение выбрать путь разведчика.
