— Меня зовут Герц, — лаконично ответил герой и оставил хозяев дома наедине.
На дворе стояла глубокая ночь. Свечи и масляные лампы уже как несколько часов молчали. Гробовую тишину нарушал лишь мелкий и противный дождь, тарабанивший по запотевшим окнам.
Герц медленно раскачивался взад-вперед на кресле, ворочался и не мог сомкнуть глаза. Рядом с ним на сером диване лежал Мироэн, укутанный в несколько одеял и пледов. Бедолагу знобило, да так, что изредка был слышен скрежет его зубов и одиночные тихие стоны. Беспомощное состояние товарища вызывало у мечника жалость.
В какой-то момент в голове парня промелькнула идея, как себя успокоить. Вытащив из сумки небольшой кисет с табаком и трубку, он попытался выйти на улицу. Увы, дверь оказалась запертой. Пришлось искать другое место.
Он хотел пройти незаметно, но деревянный пол, как на зло, назойливо поскрипывал. Поднявшись на второй этаж и миновав спальные комнаты, герой пробрался на чердак. Из открытого окна повеяло сыростью и прохладой.
Любимая отцовская трубка из бурого дуба до краев наполнилась табаком. Парень поджег его, хорошенько затянулся и, облокотившись на подоконник, пристально осмотрел помещение. К глубокому удивлению, чердак был прибран и ухожен: ни паучьих сетей, ни слоя пыли, ни крыс здесь не оказалось. По углам стояли тумбы, шкафчики с книгами, сундуки и какие-то предметы, прикрытые белой тканью.
Затем взгляд остановился на столике, на котором лежала огромная и толстая книга, раскрытая на середине. Особое внимание вызвала фраза, написанная большими и жирными буквами.
— «День отъезда»… — обронил вслух парень, едва разобрав почерк писателя.
Взяв книгу в руки, он открыл самое начало.
— Хм, а вот это уже интересно. Рисунок замка Люмийских и их герб… Так, «История двух семейств», значит…
Серые глаза суетливо забегали по пергаменту.
«В те недалекие времена, когда в Арме было больше монархов, чем сейчас, и каждый из них перегрызал чужие глотки, чтобы остаться при власти, жил некий мудрец по имени Мундос. Его величали за те деяния, которые он совершал, и за силу, коей он обладал. Прародитель Древней магии призыва путешествовал по миру, помогал нуждающимся и коллекционировал россказни и легенды. Поговаривают, что он мог призывать любое существо из книги Каруды, включая самого Деуса и Диаболуса. Его не раз называли посредником, мостом между адом и небесным царством.
Однако наибольшую известность он получил именно тогда, когда остановил кровопролитные войны на территории Корвела и свергнул тирана, позволив людям самим решать, кому служить и служить ли вовсе. Спустя годы у мудреца появилось трое детей: Люмус, Калин и Тэна. После кончины отца они возвели два замка на холмах-близнецах и основали между ними селение, назвав его Ланслайтом.
Братья, хоть и недолюбливали друг друга, но не показывали этого, потому как старшая сестра, Тэна, была сильнее их обоих и никогда не давала зарождаться конфликтам и спорам.
Деревня процветала, разрасталась, но это длилось недолго — в возрасте тридцати шести лет дочь покойного мудреца бесследно исчезла. Оба брата винили в случившемся друг друга. Дошло до масштабного поединка, из которого никто не вышел победителем.
Потомки сыновей великого волшебника заключили между собой договор о неприкосновенности и нейтралитете. Так и появились две семьи — Люмийские и Калингемы. Представители света и тьмы…».
— Интересный факт о семье Мироэна… — шепотом произнес Герц и улыбнулся.
Пролистав сотню скучных страниц, он остановился на том месте, где и была ранее раскрыта книга.
«Не ожидал, что все так обернется. Я на пределе нервного срыва! Кто бы мог подумать, что мой родной сын и его жена будут искать примирения с Калингемами? Как вообще это возможно? Хоть мы и кровно связаны, но вражда основателей семейств тоже передается! Я не верю и не буду верить в их любезность и дружелюбие!
Увы, мне придется покинуть замок. Я не чувствую поддержки ни со стороны подчиненных, ни со стороны своей семьи. Все мои протесты бесполезны.
Больше всего мне жаль внука… Он еще совсем юн, чтобы понимать такие «взрослые» вещи… Был бы старше — утер бы нос родителям… Они чересчур строги к нему. Неужели не понимают, что он не хочет быть принцем, наследником престола! Битвы и оружие влекут его больше, нежели грамматика и точные науки! Ему явно передался характер нашего основателя, Люмуса!
Когда он вырастет, то изменит будущее рода Люмийских, я в этом уверен. А пока… Это моя последняя запись…».
Герц перевернул несколько пустых страниц и продолжил чтение. На его лице всплыли задумчивость и озадаченность, а серые глаза быстро заскользили между строчками.
«Я наконец-то нашел себе пристанище. При помощи навыков Магии призыва я смог перенести свою уютную хижину далеко от родного дома. К слову, по пути в Тайоки я нашел маленькую девочку с длинными смольными волосами. Она стояла одна-одинешенька и оплакивала мертвых… Её селение сожгли прямо у неё на глазах… Кровные…
