В Небраске действительно был округ Полк. Сначала это ошеломило его, но ведь он путешествовал последние несколько лет. Наверное, кто-нибудь в разговоре с ним упомянул округ Полк, а он просто забыл об этом. Но во что он не мог поверить, во всяком случае, при ярком солнечном свете утра, так это в то, что они действительно найдут посреди кукурузного поля старую негритянку, сидящую на крыльце и поющую гимны под аккомпанемент гитары. Он не верил в предчувствия и видения. Но было необходимо двигаться куда-то, искать людей. В каком-то смысле он разделял стремление Фрэн Голдсмит и Стью Редмана к образованию новых групп людей. Пока этого не произойдет, все вокруг будет оставаться чуждым и вывихнутым. Повсюду была опасность. Ее нельзя было увидеть, но ее можно было почувствовать, тем же способом, которым он почувствовал вчера присутствие темного человека в подвале. Вы ощущали опасность повсюду: в домах, за следующим поворотом дороги, может быть, даже под легковыми автомобилями и грузовиками, сгрудившимися на всех крупных дорогах. А если там ее не было, то она гнездилась в отрывном календаре, через один или два листочка. Опасность, — казалось, шептала ему каждая частичка его организма.
Ник склонился над атласом. Если они продолжат путь, то может быть, со временем их станет больше. По пути к Небраске они обязательно подберут с собой несколько человек (или подберут их самих, если они встретят группу большей численности). После Небраски они отправятся куда-нибудь еще. Это были поиски неизвестно чего — в конце не было ни святого Грааля, ни меча на наковальне.
Мы срежем путь в северо-восточном направлении, — подумал он, — поднимемся в Канзас. Шоссе № 35 выведет их к № 81, а № 81 приведет их в Сведехольм, штат Небраска, к тому месту, где оно пересекается с шоссе штата № 92 под абсолютно прямым углом. Еще одно шоссе, № 30, соединяло их между собой, являясь гипотенузой прямоугольного треугольника. И где-то в этом треугольнике лежала страна его сна.
Мысль об этом вселила в него странное предвкушающее волнение.
Движение в верхнем поле его зрения заставило его поднять глаза. Том сидел, потирая кулаками глаза. Казалось, зияющий зевок уничтожил всю нижнюю половину его лица. Ник улыбнулся ему, и Том улыбнулся в ответ.
"Мы сегодня поедем дальше?" — спросил Том, и Ник кивнул. "Господи, это хорошо. Мне нравится ехать на своем велосипеде. Ей-Богу, да. Надеюсь, мы никогда не остановимся!"
Убирая атлас, Ник подумал: Кто знает? Может быть, твое желание и исполнится.
Этим утром они повернули на восток, и ленч они съели не очень далеко от границы между Оклахомой и Канзасом. Это было седьмого июля. Стояла жаркая погода.
Незадолго до того, как они остановились поесть, Том в очередной раз резко затормозил. Он уставился на табличку, стойка которой была утоплена в цементном фундаменте, наполовину погрузившемся в мягкий грунт на обочине дороги. Табличка гласила: ВЫ ВЫЕЗЖАЕТЕ ИЗ ОКРУГА ХАРПЕР, ШТАТ ОКЛАХОМА — ВЫ ВЪЕЗЖАЕТЕ В ОКРУГ ВУДС, ШТАТ ОКЛАХОМА.
"Я могу прочесть это", — сказал Том, и если бы Ник мог слышать, он был бы отчасти позабавлен, а отчасти тронут тем, как голос Тома переключился на громкую и пронзительную декламацию:
Ник покачал головой.
"Ни разу за всю свою жизнь я не выезжал из округа Харпер, ей-Богу, нет, но однажды папочка привез меня сюда и показал мне эту табличку. Он сказал мне, что если когда-нибудь поймает меня по другую сторону, то покажет мне, где раки зимуют. Я надеюсь, он не поймет нас в округе Вудс. Как вы думаете?"
Ник усиленно затряс головой.
"Канзас Сити случайно не в округе Вудс?"
Ник снова сделал отрицательный жест.
"Но первым делом мы едем в округ Вудс, так ведь?"
Ник кивнул.
Глаза Тома засияли: "Это мир?"
Ник не понял. Он нахмурился… приподнял брови… пожал плечами.
Ник медленно кивнул.
"О’кей", — сказал Том. Он посмотрел еще немного на табличку, утер правый глаз, из которого выкатилась одна единственная слеза, и вскочил на свой велосипед. "О’кей, поехали". Он переехал границу между округами, не произнес больше ни одного слова, и Ник последовал за ним.
Они въехали в Канзас перед самым наступлением темноты. После ужина Том выглядел надутым и усталым. Он хотел поиграть в гараж. Он хотел посмотреть телевизор. Он не хотел больше ездить, так как седло натерло ему задницу. У него не было ни малейшего представления о границах между штатами, и поэтому он не почувствовал и доли того подъема, который ощутил Ник, когда они проехали мимо еще одной таблички, на этот раз с надписью ВЫ ВЪЕЗЖАЕТЕ В КАНЗАС.
