"Меня зовут Джули", — сказала она. "Как твои дела, красавчик?"
Глубоко задумавшись и ощущая неясную тревогу, Ник вернулся в аптеку за лекарством для Тома.
"Ой-ой", — сказал Том, тряся головой и отступая назад. "Ой-ой, я не хочу. Том Каллен не любит лекарства, ей-Богу, нет, очень горько".
Держа в одной руке трехгранный пузырек с "Пепто-Бисмолом", Ник посмотрел на Тома с досадой и неприязнью. Он взглянул на Джули, и она перехватила его взгляд, но в глазах у нее он увидел тот же дразнящий отсвет, что и когда она назвала его болваном. Такие глаза бывают у необладающего чувством юмора человека, когда он собирается дразнить кого-нибудь.
"Правильно, Том", — сказала она. "Не пей, это яд".
Ник изумленно посмотрел на нее. Она усмехнулась в ответ, словно предлагая ему попробовать убедить Тома в обратном. Возможно, это была ее маленькая месть за то, что ее второе предложение заняться сексом было отклонено.
Он снова посмотрел на Тома и сам отхлебнул из бутылочки. Он чувствовал тупое давление гнева в висках. Он протянул бутылочку Тому, но Том не выглядел убежденным.
"Нет, ой-ой, Том Каллен не пьет яд", — сказал он, и с растущей яростью Ник увидел, что Том испугался. "Папочка говорил мне: нельзя. Папочка сказал, что раз он убивает крыс в амбаре, то он убьет и Тома! Никакого яда!"
Не в силах больше выносить ее самодовольную усмешку, Ник внезапно полуобернулся к Джули. Он ударил ее ладонью и ударил сильно. Том испуганно наблюдал за всем этим широко распахнутыми глазами.
"Ты…" — начала она и на мгновение не могла найти нужных слов. Кровь прилила к ее лицу.
Она набросилась на него, и он оттолкнул ее. Она упала на задницу и оскалилась. "Я оторву тебе яйца", — выдохнула она. "Ты не смеешь так поступать".
Дрожащими руками Ник вытащил ручку и большими неровными буквами нацарапал несколько слов. Он вырвал страничку из блокнота и протянул ей. Она выбила записку у него из руки.
Он подобрал листок, схватил ее за шкирку и ткнул записку ей в лицо. Том захныкал и отпрянул от них.
Она закричала: "Хорошо! Я прочту! Я прочту твою сраную записку!"
Записка состояла из четырех слов: "Ты нам не нужна".
"Пошел ты!" — закричала она, вырываясь из его рук. Глаза ее стали такими же огромными и синими, какими они были, когда он наткнулся на нее в аптеке. Но теперь из них лучилась ненависть. Ник почувствовал себя усталым. Почему из всех людей им попалась именно она?"
"Я здесь не останусь", — сказала Джули Лори. "Я пойду. И ты не можешь остановить меня".
Но он мог. Неужели она до сих пор этого не поняла? Наверное, нет, — подумал Ник. Для нее все это было чем-то вроде голливудского сценария, настоящий фильм-катастрофа, в котором она играет главную роль. Это был фильм, в котором Джули Лори, также известная под прозвищем Ангельское Личико, всегда получала все, что хотела.
Он вытащил из кобуры револьвер и направил его ей на ноги. Она замерла, и краска испарилась с ее лица. Выражение глаз изменилось, и вся она стала выглядеть совершенно иначе, впервые — как живой человек. В ее мир вторглось нечто такое, что она не могла использовать в своих интересах. Оружие. Ник неожиданно почувствовал не только усталость, но и тошноту.
"Я пошутила", — сказала она быстро. "Я сделаю все, что ты хочешь. Честное слово".
Он помахал рукой с револьвером, показывая ей, чтобы она уходила.
Она повернулась и пошла по улице, оглядываясь через плечо. Она шла все быстрее и быстрее и наконец бросилась бежать. Завернув за угол квартала, он исчезла. Ник убрал револьвер обратно в кобуру. Он дрожал. Он чувствовал себя испачкавшимся и вымотанным, словно Джули Лори была похожа не на человека, а на одного из тех жучков с холодной кровью, которых находишь под мертвыми деревьями.
Он обернулся в поисках Тома, но того нигде не было видно. Он пошел по солнечной улице. В голове у него гудел мотор, а в больном глазу чувствовалась острая, пульсирующая боль. Тома он нашел только через двадцать минут. Он сидел на крыльце дома, находившегося в двух улицах от торгового квартала, прижимая к груди коробку с гаражом. Увидев Ника, он заплакал.
"Пожалуйста, не заставляйте меня пить это, пожалуйста, не заставляйте Тома Каллена пить яд, ей-Богу, нет. Папочка говорил, что раз он убивает крыс, то убьет и меня…
Ник заметил, что до сих пор держит в руках бутылочку "Пепто-Бисмола". Он отбросил ее в сторону и показал Тому свои пустые ладони. Понос будет просто идти своим чередом. Спасибо тебе, Джули.
Громко плача, Том сошел по ступенькам с крыльца. "Простите меня", — повторял он снова и снова. "Простите меня, Том Каллен просит прощения".
Вдвоем они вернулись на Главную улицу… и застыли от удивления. Оба велосипеда были перевернуты. Шины были изрезаны. Содержимое их рюкзаков было разбросано от одной стороны улицы до другой.
