А Сева продолжал всаживать пулю за пулей в бездыханное тело майора Астафьева. «Островной, сука ментовская! Не предупредил, что мусор с автоматом! – мысленно клял Сева Гнатюк старшего лейтенанта. Сева еще не знал, что автомат Астафьев позаимствовал у „бойцов“ его же команды.
– Все! – израсходовав всю обойму, рявкнул Сева, дав команду вернуться на шоссе к автозаку.
А у автозака их встречал только что помянутый старший лейтенант Островной.
– Где Астафьев? – спросил Дэн.
Сева молча кивнул в сторону чащи. Дэн тут же сорвался туда. Подойдя к изрешеченному пулями телу, удовлетворенно хмыкнул:
– Не быть тебе полковником, Леша.
Самого себя Дэн видел уже генерал-полковником.
– Почему так грязно сработали? – спросил Дэн находившегося рядом Гориллу.
– Мы-то сработали на уровне, – ответил тот. – Маху дали эти недоделки из банды твоего каратиста.
В самом деле – Снайпер, Горилла и Технарь сделали свое дело самым прекрасным образом. Боевики Севы Кунг-фу выполняли лишь роль оцепления и группы отвлекающего огня. Сева только сейчас понял, кого ему в самый последний момент „прикомандировал“ старший лейтенант Островной.
...Между тем на шоссе убирали трупы. Технарь и Снайпер, столь удачно разделавшийся с большей частью спецконвоя, лениво курили на обочине. Горилла хотел было присоединиться к ним, но задержался рядом с телом прапорщика Корнева. Несмотря на изуродованное автоматным огнем лицо, Горилла узнал его. По татуировке и выпавшим из кармана служебным документам.
– Узнаешь? – повернулся Горилла к Снайперу, распахнув удостоверение минюста. – Это ж Корнев, из срочников. В отдельном разведбате служил, спецназ ВДВ. – Горилла усмехнулся крупными, желтыми, как у настоящей обезьяны, зубами. – Надо же, в вертухаи подался, придурок...
– В хоккеисты[15] , – дополнил Гориллу Снайпер. – Но все одно придурок.
Чувство превосходства над придурками сплачивает умных людей, рождает среди них взаимопонимание и теплое чувство локтя. Снайпер, Горилла и Технарь стояли и улыбались друг дружке, целые и невредимые. Горилла взял из окоченевших рук Корнева автомат и завершил дело, которое не успел выполнить прапорщик – перезарядил боекомплект.
– Быстрее! – нервно командовал Дэн Островной, окончательно взяв руководство в свои руки.
Он хотел было сообщить что-то Севе Кунг-фу, но в этот момент роскошный пиджак Дэна Островного прошила автоматная очередь.
– Ненадолго пережил герой-начальник своего коллегу, – произнес, опуская оружие, Горилла. – У тебя, Сева, есть вопросы?
Сева Кунг-фу стоял в некотором оцепенении. Валить генеральского племянничка указаний не было.
– И убил его он! – Горилла кивнул на мертвого Корнева, вложив в его руки автомат.
Только сейчас Сева обратил внимание, что Горилла был в кожаных, телесного цвета перчатках.
– Вопросы, сомнения есть? – повторил Горилла, смерив Севу взглядом сверху вниз.
– А как же... – начал было тот.
– А никак, – отрезал Горилла. – Теперь я ваш командир. Меня могут замещать Снайпер или Технарь, – кивнул он в сторону своих, как ни в чем не бывало куривших соратников.
– А его дядька? – задал главный, самый мучительный вопрос беспредельщик.
– А с его дядькой разберется наш дядька. Есть еще вопросы? – рявкнул Горилла. – Оплата как прежде, плюс премиальные. Насчет этого, господа бандюки, не переживайте!
„Сам-то ты кто?!“ – задал последний вопрос Сева, но, естественно, только в мыслях. Сообщение об оплате и премиальных окончательно успокоило и действительно сняло все вопросы.
– Через пять минут „лассо“ и „купол“ перестанут действовать, – сообщил в свою очередь Технарь, давая понять, что вскоре в районе вновь смогут работать средства связи.
Горилла кивнул Севе. Тот пригладил жесткий ежик волос, застегнул верхнюю пуговицу. Затем подошел к автозаку. Один из его боевиков в этот момент закончил работу с автогеном, с помощью которого вскрывал бронированную дверь.
– Господа Гриднев и Сенатор! – немного картинно, в непривычной для себя манере, произнес Сева Кунг-фу. – На свободу с чистой совестью! Не задерживайтесь.
Катя и Нелли смотрели друга на друга, как испуганные мыши, не в силах произнести ни слова.
– Ничего себе дипломный фильм, – сказала наконец Нелли, которая всегда первой брала себя в руки.
Катя ничего не ответила. Точно боялась, что те, кто пять минут назад покинул шоссе, услышат ее и вернутся.
– Какая нас ждет за него награда, а, подруга?! – продолжила Миронова. – Нас просто пристрелят или для начала помучают?
– Поехали отсюда! – проговорила наконец Катя.
И обе подруги рванули сквозь лес, точно дичь от борзой. Добравшись до машины, Миронова вывела ее на шоссе, и „Сааб“ на максимальной скорости помчался к Москве. За всю дорогу ни Миронова, ни Катя не произнесли ни одной фразы.
