Но на этом неожиданности еще не кончились. Медсестра пришла попрощаться с нами. Самия Суруф была доброй женщиной, в течение многих месяцев она ласково и самоотверженно ухаживала за моей матерью. Я поблагодарил ее за все. Она пошла за своими вещами и вернулась с маленьким чемоданчиком. В руке у нее был конверт, который она передала мне. Я вопросительно посмотрел на нее.
Самия объяснила мне, что в первые дни болезни моя мать все-таки сохраняла ясность мысли. Она продиктовала ей несколько строк и велела передать их мне после того, как уйдет из жизни. Самия попыталась улыбнуться. Обещание и есть обещание. Потом она подала мне руку и скрылась за дверью, а я остался в холле со смятой бумагой в руке.
Я вернулся к Алик, сидевшей в кресле в библиотеке, и передал ей конверт. Я чувствовал себя не в силах открыть его, и мне казалось естественным, чтобы она прочитала послание вслух. В конце концов это был день, который она ждала всю жизнь. Это был день истины.
Алик деликатно надорвала конверт и стала читать послание. И я понял, что все это не было случайностью. Обстоятельства выстраивались в таком стройном порядке, какой иногда навязывает нам жизнь.
