На правом берегу сражение началось с рассветом. Адмирал Чичагов поручил генералу Чаплицу выступить с авангардом и напасть на неприятеля. Русские войска двинулись четырьмя группами: впереди отряд генерала Рудзевича, поддержанный слева и справа колоннами генералов Корнилова и Мещеринова, вдоль по берегу Березины егеря полковника Красовского. За исключением дороги, проходившей перпендикулярно линии фронта, и нескольких полян, все пространство, где развернулась битва, было покрыто лесом. Несмотря на то что Стаховский лес местами был очень редким, действовать в сомкнутых строях представлялось мало возможным, и волей-неволей большая часть полков развернулась в стрелковые цепи, завязав огневой бой. Русские генералы, используя свое численное превосходство, стали активно теснить пехоту Удино. Неся тяжелые потери, французы, швейцарцы, хорваты... откатились назад. Более того, одна из русских пуль ранила в бок маршала Удино. Это была уже двадцать вторая рана отважного воина. Обливаясь кровью, Удино упал с лошади, а его нога запуталась в стремени. Только вовремя подоспевший адъютант спас маршала. Командование всеми силами в Стаховском лесу принял Ней. Князь Москворецкий, видя, что дело приобретает дурной оборот, распорядился бросить в огонь вторую линию, состоявшую, как уже отмечалось, полностью из польской пехоты. Правее дороги (по отношению к французам) двинулся вперед Вислинский легион, а левее, между дорогой и рекой, - остальные полки. Остатки пехоты 5-го корпуса лично повел в атаку старый генерал Зайончек, ветеран Египетского похода. Ему было 60 лет, но он, спешившись, пошел в строю пехоты. К этому времени бой уже приближался к тому месту, где находился сам Наполеон, и поэтому Зайончек прошел со своей колонной мимо небольшой возвышенности, на которой стоял Император. «В голове первой дивизии, - вспоминает Генрих Дембиньский, - в пешем строю шел генерал Зайончек. На нем была соболиная шапка, на шее теплый шарф. Он шел с обнаженной шпагой, поддерживаемый адъютантами Мирошевским и Володковичем. Император, хотя хорошо помнил Зайончека с Египта, не узнал его, и, приняв его за Домбровского, крикнул: "Давайте же, Домбровский! Возьмите реванш!"* Когда адъютанты повторили Зайончеку слова Императора, так как он их не расслышал, генерал сказал: "Ответьте ему, что я возьму реванш за Домбровского"»89. Польские части стремительно атаковали русских стрелков и отбросили их в глубину леса. А 12-й польский пехотный полк так активно преследовал отходящие части Чаплица, что чуть не захватил батарею, стоявшую уже по другую сторону леса. Впрочем, этот успех был куплен дорогой ценой. В числе раненых польских воинов был и генерал Зайончек. Адъютанты отнесли своего командира в тыл, где его немедленно прооперировал знаменитый хирург Ларрей, ампутировавший старому генералу раненую ногу.
* Это было, разумеется, произнесено по-французски. Император напоминал о неудаче отряда Домбровского, который не смог отстоять за несколько дней до этого Борисовские предмостные укрепления.
Однако в этот момент Чичагов прибыл в Стахов и приказал бросить в бой 9-ю дивизию Воинова и 18-ю дивизию Щербатова, которых повел в атаку начальник штаба армии, генерал Сабанеев.
