— Это неправда, бараньеголовый. Тульпа говорит, что мы уже убили пять ваших звездных знаков. Здесь вас только трое, Весы захвачен, а Майках, вероятно, все еще помогает Грегору собрать с пола рассыпавшиеся кишки. И больше никого нет. — Женщины Тени засмеялись.
Хантер рассмеялся в ответ.
— Что, Тульпа никогда раньше вам не лгал? Мужчина примолк, под его кожей мелькнул огонь, на мгновение проступили кости, потом он снова стал самим собой.
— Тульпа говорит то, что нам нужно знать.
— Понятно. Вероятно, он решил, что вам не нужно знать, что мы еще до вашего появления разместили вокруг десять наших новобранцев.
Он хорош. Даже я не могла почувствовать ложь.
— Может, он и сам не знает, — заявил Феликс. Обычная дерзость в его голосе звучала напряженно. Кто бы его винил: ведь его сердцу ласкало мачете.
— Вы блефуете. Тульпа все знает.
— Значит, когда этот кактус за мной вспыхнет, он будет знать?
Это мой шанс. Я вложила стрелу в свой компактный лук и прицелилась.
— Мы всю ночь провели у ваших дверей. Если был бы хоть один новобранец, мы бы его нашли.
Я выстрелила поверх его головы, задев волосы; кактус взорвался. Но еще до того, как стрела попала в цель, я двинулась. Тени пригнулись.
— Новобранцы не могут почувствовать нас, Тени, — неуверенно произнесла великолепная проститутка.
— Им это и не нужно — вы как на ладони, — ответила Ванесса. — Вижу за твоим левым плечом золотую подкову. Она взорвется. Вот сейчас.
Я вогнала стрелу в цель, словно всю жизнь тренировалась.
— И на вашем месте я бы бросил кондуиты, — заметил Хантер, когда рассеялись пыль и дым.
— Нет. Вы ведь не бросаете…
— Тогда мы все умрем. — Хантер пожал плечами, словно это какая-то мелочь. — Отлично. Маши новобранцы горят желанием проявить себя.
— Новобранцы — не чета звездным знакам, и вы но знаете. Они попытаются освободить Уоррена и к утру вес будут мертвы.
— Если среди них нет звездных знаков.
Я вышла на площадку из-за Туфельки, не оттуда, откуда выстрелила в последний раз, а с противоположной стороны. Улыбнулась, видя, как вздрогнули Тени. Никто из них не почувствовал моего приближения.
— Поздоровайтесь с нашим новым Стрельцом.
— А потом бросьте ваши кондуиты, — добавила я с улыбкой.
— Тульпа ничего не говорил о новом агенте Света.
— Очевидно, это не входит в то, что необходимо знать, — бросила Ванесса.
— А следовало бы. А теперь: кондуиты — на землю.
Я нацелила стрелу прямо между глаз женщины. Ее глаза расширились, а мои сузились. Она как брюхо змеи. При самом худшем сценарии они не бросят свои кондуиты, и я разорву брюхо змеи.
— Если мы их бросим, вы нас убьете.
— Мы не можем вас убить, — заявила я, и они удивленно посмотрели на меня. — У Аякса наш предводитель. Наши пистолеты у ваших висков, образно говоря, но его — у писка Уоррена. А нам нужен Уоррен. Если умрут пять воинов Тени, это вызовет такой всплеск энергии, что Аякс непроизвольно нажмет на курок.
— Как с костяшками домино, — закивал мужчина. — Вы убиваете нас, и Аякс убивает вашего предводителя.
Я поменяла позу, нацелив стрелу меж глаз ему.
— Только не забудь, кто умрет первым.
— Она новенькая, но умеет подытоживать ситуацию. — Хантер улыбнулся, как гордый отец. — Но она и должна это уметь. Было предсказано, что появится Стрелец и отбросит свою Тень, или, если хотите, свой Свет на обе стороны Зодиака.
Действительно?
— Кайрос? Миф, — усмехнулась проститутка.
— Это значит только, что Тульпа сказал вам, что это миф, — поправила Ванесса.
— Легенда такова: женщина, в которой есть и солнце и луна, должна будет сделать выбор. Ее судьба, как точка опоры, не предопределена. Начинает она с равной принадлежности дню и ночи, — напомнил мужчина.
— А это значит, — добавила женщина по имени Даун, — что у нас столько же шансов заполучить Стрельца, как у вас.
— Так говорится в ваших книгах? — спросил Хантер. — Интересно. Потому что в наших рассказывается, как в одну из ночей сезона Юпитера восемь воинов Тени проникнут в Неоновое кладбище и будут сражаться здесь, пока солнце не взойдет над Черными горами. Некоторые из них умрут, но у остальных будет возможность сложить оружие и сохранить жизнь, впервые в истории будет заключено перемирие между сторонами. Если Тени не примут это предложение, они все умрут; умрут и воины Света. Но в любом случае уцелеет один звездный знак. И это будет означать восхождение Кайрос.
Хантер сделал мне знак, и я показала свой маленький лук — скорее потому, что он этого хотел, чем потому, что поверила в его слова.
Тени переглянулись. Потом мужчина произнес:
— Докажите это.
Я посмотрела на Хантера. Он пожал плечами.
— Зелл хочет, чтобы ты доказала.
Я сосредоточилась на агентах Тени и, не снимая щита, позволила костям выйти наружу из-под кожи, перестроившись на поверхности: в свете полной луны они сложились в продолговатое, блестящее лицо моего отца. Оно возникло в обжигающем порыве воздуха, и я сладко улыбнулась.
