Что делать девушке, по случайности оказавшейся в центре имперского заговора? Погибнуть, отказавшись от борьбы, или довериться человеку, однажды спасшему жизнь?
Когда на город спускалась ночь, а в доме гасли огни, Марианна куталась в теплый плед и тихонько плакала о своей неудавшейся судьбе. За несколько лет это уже превратилось в обязательный ночной ритуал. Даже если за день не случалось ничего плохого, девушка вспоминала прошлые обиды и все равно рыдала. Наутро Марианна неизменно ругала себя за такую слабость, обещала, что больше не будет плакать, но с наступлением ночи все повторялось. И так из года в год. С того дня, как Марианна поселилась в доме дядюшки Орфа…
Странно, но сегодня слез не было. Марианна уже обо всем подумала, пожалела себя несчастную изо всех сил, но не смогла выдавить ни слезинки. Может быть, слезы просто кончились? Интересно, может у человека имеется их ограниченный запас на жизнь? Может, Марианна этот самый запас уже исчерпала? Размышляя о человеческих эмоциях, девушка прошлась по комнате, взглянула в окно. Еще с вечера над городом собрались тучи, и теперь по стеклам барабанил дождь. Наверное, это компенсация сегодняшних непролитых слез. Небо плачет за Марианну. Промаявшись до самого утра, девушка бросила бесплотные попытки заснуть и спустилась на кухню готовить дяде завтрак. Все равно он скоро проснется и позовет ее.
Родители Марианны умерли один за другим, как только ей исполнилось шестнадцать. Семья едва сводила концы с концами. Денег с трудом хватало на пропитание и оплату комнаты в старом полуразвалившемся бараке. После смерти родителей хозяйка безжалостно выставила сиротку на улицу. Из родственников у Марианны был только дядюшка Орф. Он приходился двоюродным братом отцу девушки. Марианна видела его лишь несколько раз. Орф — самый известный алхимик Империи, очень занятой человек. С бедными родственниками общаться брезговал. Но девушке ничего не оставалось, как проситься жить к нему.
Дядюшка Орф всю жизнь жил один и не слишком любил гостей. Он был всецело поглощен любимой работой, которая заменяла ему все радости жизни. Орф не слишком обрадовался свалившейся на голову племяннице, но все же позволил остаться в доме. Так Марианна стала домработницей у собственного дяди. Не так уж плохо, если разобраться. Есть крыша над головой, пропитание, даже крохотное жалование, которого хватает лишь на самое необходимое. Дядюшка отличается жадность, но ничего не поделать. Не гонит на улицу, и ладно. Так и потекла жизнь бедной сиротки. Друзей у нее нет. Вся жизнь состоит из готовки, уборки, стирки и походов в магазин, что является единственным развлечением. Тогда можно и на людей посмотреть, подслушать городские новости. О замужестве тоже мечтать бесполезно. Кому Марианна нужна? Без приданого, в самой дешевой одежде и обуви, необщительная и угрюмая. Наверное, от дядюшки таким манерам научилась. Хочется изменить что-то в жизни, но как? Да и смелости не хватает…
Приготовив завтрак, Марианна стала заваривать жасминовый чай, который дядюшка просто обожал. Девушка же ненавидела аромат жасмина и привычно прикрывала нос ладонью. Она вообще стала очень чувствительна к запахам за годы, проведенные в этом доме. В воздухе постоянно носились разные неприятные ароматы из алхимической лаборатории. Орфу это уже давно не приносило неудобств, а Марианне приходилось терпеть и постоянно спать с открытым окном, даже в холодную погоду.
На кухне появился дядюшка.
— Доброе утро, — буркнул он привычно и сел за стол. Отличительной чертой Орфа является немногословность.
— Доброе утро, дядюшка, — приветливо отозвалась Марианна. — Будете завтракать?
— Нет, только чай.
Девушка кивнула и поставила на стол большую дымящуюся чашку с неповторимым ненавистным ароматом жасмина. Кажется, Орф чем-то обеспокоен. Марианна положила в себе в тарелку немного овсяной каши и села завтракать напротив дяди.
— Ко мне скоро придут клиенты, — сообщил Орф. — Накроешь в гостиной.
Марианна кивнула. К дяде постоянно кто-то приходит. Он ведь готовит различные снадобья на заказ. Одними экспериментами сыт не будешь.
Через час в доме появились странные гости. Трое мужчин с одинаковыми короткими стрижками, в богатых камзолах синего, красного и зеленого цветов. Глаза у каждого зачем-то были завязаны черной сетчатой тканью, а на правой щеке — то ли татуировка, то ли просто рисунок. Какие-то завитки и палочки, будто неизвестный шрифт. Дядюшка Орф явно боялся этих людей. Да и людей ли?
Марианна накрыла на стол и быстро вернулась на кухню, не желая лишний раз попадаться на глаза странным гостям. Она пару минут бродила из угла в угол, а потом все же не выдержала. Ее мучила необъяснимая тревога. Казалось, что вот-вот случится нечто страшное. Девушка на цыпочках вышла в коридор и осторожно заглянула в гостиную.
— Ты приготовил то, что обещал? — спросил гость в красном камзоле. Почему-то казалось, что именно он главный.
— Да, конечно, — быстро пробормотал Орф и дрожащими руками вынул из кармана небольшой стеклянный пузырек с какой-то золотистой жидкостью.
Красный взял пузырек, осмотрел его, затем принюхался, будто проверяя запах.
— Хорошо, — сказал он.
