− Я не знаю, но пока это не закончится по улице ходить опасно, неизвестно, что ему еще может взбрести в голову.
Мы подъехали к моему дому.
− Блин, мама звонит, − произнесла Британи и вылезла с машины. — Да, мам. Все хорошо. Да? А что это так срочно? Ну, хорошо. Ладно-ладно. Скоро буду.
Она положила мобильный телефон в карман и повернулась ко мне с раздосадованным лицом.
− Мама звонила и сказала, что сегодня приезжает бабушка и нужно будет с ней посидеть. Ты сама справишься? И на свидание не ходи! Все-таки как-никак в городе маньяк.
Я поцеловала Британи в щеку и пообещала никуда не ходить. Когда Британи уехала домой, я пошла в кухню взяла бутылку воды, что-то меня начала мучить жажда от рассказов профессора. Умеет же он наводить ужас.
Я быстро позакрывала в доме все замки и окна на всякий случай. А потом пошла в гостиную и плюхнулась на диван. Да, конечно, ничего не скажешь веселенький денек.
− Привет, − произнес мужской голос у меня за спиной.
У меня все тело покрылось гусиной кожей, а сердце билось все быстрее и быстрее. Я знала кто это, но все-таки надеялась, что это мне показалось.
Я встала с дивана и повернула лицо к тому, кто стоял сзади меня. Нет, я не ошиблась. Это был Аррон.
− Ровно год как мы не виделись, любовь моя, − улыбнулся он и эта улыбка покорила бы любое сердце девушки, но я знала кто он и не питала себя иллюзиями.
− Никакая я не твоя любовь! — разозлено произнесла я. — Я думала, что ты не придешь. Зачем ты вернулся?
− Я тебе уже говорил, что дам тебе ровно год, чтобы привыкнуть, так что ты теперь моя. И я сдержал свое слово, я давал тебе время все обдумать спокойно, а теперь я пришел за тобой. — Его голос звучал твердо, и от него разило невероятной силой и мощью.
Только сейчас я заметила, что на нем был сшитый дорогой современный бежевый костюм, темные волосы коротко пострижены и уложены гелем, в левом ухе была бриллиантовая серьга. На руке были дорогие золотые часы, и запах был дорогих мужских духов. Боже, миленький, любой мужчина продал бы душу дьяволу, чтоб иметь такую внешность как у Аррона.
− Ты имеешь все, силу, бессмертие, зачем тебе я? — я все еще пыталась как-то его уговорить.
− Ты первая девушка за всю мою долгую жизнь, которая не просто заставила мое сердце ожить, а еще и сопротивляешься мне. Мне невыносимо быть одиноким, я был одиноким с самого рождения, и Зевс подарил мне тебя, спустя тысячелетия. Я не смогу отпустить тебя.
Сейчас Аррон совсем не было похож на того грозного бога, которого я встретила год назад. Такое чувство, будто я его видела не год назад, а в прошлой жизни.
Опять начинаем все сначала. Боже, ну, почему эти пытки достались мне? Почему я не могу выбрать себе нормального парня и прожить с ним долгую и счастливую жизнь?
Я была просто потрясена его словами. Мало того, что он заявляет, что я его собственность так еще и собирается меня использовать просто лишь для того, чтоб утолить свое одиночество. Ну, уж нет! Я не позволю себя использовать, словно игрушку.
− Если ты смог жить раньше сам, то сможешь и сейчас. Привязанность к кому-то это уязвимость. − Я опять уселась на диван и громко включила телевизор, таким образом, показывая, что ему пора уходить. — Пока.
Аррон уселся в кресло, которое стояло рядом с диваном, а потом лениво протянул ноги вперед, на губах у него играла удовлетворительная улыбка.
− Милая моя, ты что действительно не понимаешь, что другую девушку найти я не могу, поэтому либо ты идешь со мной, либо ты никогда не увидишь дорогих тебе людей.
Я подняла на него полный страха взгляд и увидела решимость в его глазах, которая сказала мне больше любых слов: он сделает то, что говорит!
− Хорошо, куда я с тобой должна идти? Что нас ожидает в будущем? Кто ты вообще? Ты можешь владеть всем миром, но ты почему-то ухватился в меня мертвой хваткой. Почему?
Он не сводил с меня пристального взгляда своих карих глаз.
− Ты еще многого не знаешь. Если ты не будешь со мной, тебе грозит опасность, ведь каждый бог или демон почувствует, что ты моя, но ты все еще смертная. Когда ты освободила меня, ты дала волю не только мне, а и другим существам, но не богам. — Его глаза стали темными и стали поблескивать золотым, я понимала, что это ни к чему доброму не ведет. — Раньше боги выходили на контакт с людьми и даже жили среди людей, но сейчас мир стал другим, жестоким, погрязшим в дерьме. Каждый тянет на себя. Боги не хотят выходить на контакт с людьми, но человек запросто может обратиться к богам, но только когда переступит свои пороки и грехи. А другие существа моя милая с удовольствием выползают со своих нор, чтоб жить в мире человеческом и хочу сказать тебе, что они довольно таки не дружелюбны.
− Что это значит? — тихо прошептала я, и почему-то сразу мне припомнился профессор с его теорией оживить Влагуса.
− Что грядет война, в которой главный приз — жизнь. Это будет война на жизнь. Я пока единственный бог, который есть в вашем мире и мне чертовски интересно, почему другие никак не реагирует на то, что происходит в этом мире. Я их найду. А теперь моя дорогая выбор за тобой.
