В целом модернизированные танки Т-34 неплохо показали себя в бою, добившись некоторых успехов и позволив дивизии СС «Дас Райх» вести куда более активные боевые действия, чем она бы вела их в случае отсутствия 3-го танкового батальона. Но, были и негативные моменты, главным образом существование постоянной опасности получить снаряд от своих. Немецкие артиллеристы в горячке боя (не забывайте также о жаре и затруднявшей видимость пыли) часто не замечали опознавательных крестов на башнях танков и открывали по ним огонь. Еще сложнее было объяснить авиаторам Люфтваффе, пилотам штурмовых самолетов Ju-87 и Hs-129, принимающим решения об атаке за доли секунды, что под ними немецкий танк, а не советский. Поэтому эсэсовцы больше старались применять «тридцатьчетверки» из засад, тем самым по возможности сводя к минимуму угрозу «дружественного огня». Однако, как мы увидели, в атаки этим танкам также приходилось ходить. Другой немаловажной проблемой была нехватка для них боеприпасов и запчастей, что создавало серьезные трудности в обслуживании, эксплуатации и боевом применении «тридцатьчетверок». О нехватке боеприпасов наглядно свидетельствует вышеупомянутый приказ собирать снаряды для Т-34 в подбитых советских танках — и это в условиях интенсивных боевых действий! Что касается запчастей, то понятно, что немецкая промышленность их не выпускала, не случайно некоторое количество имеющихся Т-34 было разобрано немцами на запчасти еще до начала операции. Однако в условиях роста боевых повреждений техники эти запчасти быстро расходовались, а найти им замену было трудно.
Тем не менее до поры до времени все это компенсировалось боевыми успехами, а среди танкистов дивизии появилась особая каста асов — тех, кто воевал на Т-34. Среди эсэсовцев- танкистов, воевавших на Т-34 в период операции «Цитадель», наиболее отличился уже упомянутый нами обершарфюрер СС Йозеф Набер, ставший командиром взвода 9-й танковой роты. 1 августа 1943 года его произвели в гауптшарфюреры СС, а 19 августа 1943 года он был переведен в 8-ю танковую роту (с эффектом от 1 августа). За отвагу в бою 8 сентября 1943 года Набер был награжден Германским крестом в золоте, а 9 ноября 1943 года — произведен в унтерштурмфюреры СС. Провоевавший во 2-м танковом полку СС до конца войны, Набер пережил войну и умер в марте 1992 года, в возрасте 76 лет. Интересно, что за время войны танк, которым он командовал (то есть не именно Т-34, а вообще), подбивали четыре раза [30, р.76].
После отказа от дальнейшей реализации операции «Цитадель», 17 июля 1943 года, 2-й танковый корпус СС был переброшен на южный участок фронта, на так называемый «Миус- фронт», где с 17 июля 1943 года шло наступление советского Южного фронта, поставившее в сложное положение войска оборонявшейся здесь немецкой 6-й армии. Ударный эсэсовский корпус, выступивший в роли «пожарной команды», должен был спасти положение путем принятия участия в планируемом немецком контрударе на реке Миус.
На 28 июля в дивизии СС «Дас Райх» в боеготовом состоянии насчитывалось всего два танка Т-34 [1, f.000891]. Чем было вызвано столь разительное сокращение числа боеготовых танков до конца не ясно, поскольку дивизия боевых действий в этот период не вела, а находилась на марше из-под Белгорода на Миус, скорее всего, имели место механические поломки. Затем на следующий день численность боеготовой техники несколько возросла, очевидно, благодаря усилиям ремонтников танкового полка: на 29 июля в боеготовом состоянии в дивизии числилось уже шесть Т-34 (всего в полку было 85 боеспособных танков) [20, р.336]. Однако какие-либо данные о боевом применении эсэсовских «тридцатьчетверок» в ходе контрудара немецких войск на Миусе, 30 июля — 2 августа 1943 года, отсутствуют.
Здесь же следует обратить внимание на то, что уже с конца июля 1943 года в дивизионных отчетах перестают фигурировать трофейные танки Т-34. Последнее упоминание о них непосредственно в составе дивизии относится к концу июля (вышеупомянутые шесть единиц на 29 июля). Последнее известное документальное упоминание о танках Т-34 в дивизии СС «Дас Райх» мы находим в отчете инженера 2-го танкового корпуса СС, где указано, что 1 августа 1943 года штаб корпуса проводил переговоры со штабом армии (судя по всему — 4-й танковой) касательно трофейных автомобилей и танков Т-34, и также упоминалось, что «резина для колес, запасные катки и траки подготавливаются и будут переданы армии» [7, f.7]. Последнее замечание, судя по тексту, касается именно трофейной техники, однако, в свете дальнейших событий, суть этих переговоров до конца не ясна, поскольку резину с траками армии передали, но сами танки, как мы увидим, нет.
