– Попробуем добраться до наших…
Светлану Евгеньевну увезли в больницу с инфарктом.
Оле было бесконечно больно смотреть, как тело женщины грузят на носилки, которые с трудом разворачивались в узких лестничных пролетах – дом-то старинный. Оля почему-то вспомнила, что раньше (а иногда и теперь), когда человек умирал, а гроб не было возможности спустить по лестнице, его опускали через окно, с помощью тросов и канатов…
Испугавшись собственных мыслей, Оля отругала себя за подобные настроения и из какого-то детского суеверия пожелала про себя матери Арта скорейшего выздоровления. Но в тот момент, когда унылая процессия санитаров, возглавляемая врачом «скорой», выносила Светлану Евгеньевну из подъезда, Оля с ужасом подумала, что даже вновь став здоровой эта женщина уже никогда не станет прежней. Старой она стала в одночасье, потеряв единственного сына. Старой и никому не нужной.
– Так, кто из вас снами поедет?– деловито осведомился врач. – Надо будет в больнице все документы оформить, да и вообще…лучше бы, что бы близкие были рядом. Муж, наверное, поедет?
Сказав это, врач глянул на Короткова. Тот стушевался, но виду не подал, сказав лишь, что никакой он не муж, а следователь.
– Следователь? – встрепенулся врач, поправляя очки. – А что, думаете, криминал какой?
– Да нет, я тут по другому делу, – ответил Коротков и повернулся к Оле: – Я думаю, тебе действительно лучше поехать, чтобы проконтролировать что там и как. Родственники-то какие-нибудь есть еще у них?
– Нет, – помотала головой Оля. – Бабушка была, но умерла несколько лет назад. С отцом вообще какая-то темная история. Арт его, по-моему, даже и не знал никогда.
– Понятно. Ладно, тогда поезжай, а завтра я сам с тобой свяжусь. И будем думать, что делать дальше.
Они попрощались, и Оля заметила, что майор смотрит на нее с каким-то особенным теплом.
«Жалеет, наверно», – подумала она.
Она села в машину «скорой» рядом с неподвижным телом Светланы Евгеньевны, которую уже подключили к реанимационным аппаратам. Машина тронулась.
Ехали долго, в какую-то больницу на окраине города, в районе Кузьминок.
– А почему так далеко? – спросила Оля санитаров. – В центре разве нельзя где-нибудь?
– А ты думаешь, она одна такая? – грубовато ответил ей один из них. – Люди в коридорах лежат. Ждут очереди, когда палата освободится. Еще не известно окажутся места там, куда мы ее везем. Совсем не факт.
Оля поняла, что надо готовить деньги.
– С кем разговаривать-то? – Она даже не смотрела в сторону человека, с которым разговаривала. Взгляд ее был устремлен в окно, за которым пролетали темные московские улицы.
– С Иван Иванычем, – бодро отозвался санитар и кивнул в сторону кабины, где на переднем сидении ехал врач.
Оля замолчала. Деньги у нее были. Да и в деньгах разве дело? Было бы надо – перезаняла, нашла бы способ. Просто ей было противно, физически неприятно от всей этой грязи. В машине лежал умирающий человек, но это никого не останавливало. Ведь не заплатишь, так и правда бросят в коридоре, и не одна собака не подойдет.
Мыслей об Арте у нее почти не было. Не верила она, что его больше нет. Сама мысль, что он умер, была настолько дикой и нереальной, что просто не укладывалась у нее в голове. Как это умер? Что значит умер? Нет, он живой. Просто остался на даче, там, на берегу озера. А завтра, или, в крайнем случае, послезавтра, он вернется в Москву, и жизнь потечет по-старому.
– Приехали, барышня, – оторвал ее от размышлений санитар. – Выгружайтесь.
Оля выбралась из машины и первым делом подошла к Иван Иванычу.
– Сколько?
– Чего сколько? – начал косить под дурачка врач.
– Денег сколько, чтобы в приличную палату положили? – не глядя врачу в глаза, уточнила свой вопрос девушка.
Иван Иваныч обозначил сумму. Не сказать, что шибко большую, но и не маленькую.
– Это за неделю, – уточнил он.
– А потом?
– А потом либо доплата, либо домой забирайте.
Она достала кошелек, отсчитала деньги и незаметно сунула их врачу. Тот моментально сорвался с места, грозно прикрикнув на санитаров, чтобы они не возились, а быстрее вносили гражданку Крылову в приемные покои. Сам же он, мелко семеня коротенькими ножками, которые ниже колена были закрыты белым халатом, поспешил вперед всех в здание больницы.
Когда Оля вошла внутрь, врач стоял около регистратуры и что-то активно обсуждал с сидящей там дамой. До Оли долетали лишь отдельные фразы:
– Что значит нет…найди…да…пусть забирают домой…нет…
Оля поняла, что Светлане Евгеньевне ищут место.
Заметив, что девушка стоит недалеко от него, Иван Иваныч по – дружески помахал ей рукой и успокоительно выставил ладонь вперед, мол, все в порядке, еще пару минут.
Светлану Евгеньевну тем временем переложили на каталку, поставив рядом с ней капельницу на колесиках. Санитары стояли возле нее как таинственные стражи, не отходя ни на шаг. Деньги делали свое дело.
– Так, все нормально, на четвертый этаж, – распорядился подлетевший к каталке врач. Там вас встретят.
