– Так от вас же, – залепетал мужчина. – Вы же сами нам даете. За работу. Я говорю: я только недавно был у господина полковника. Вы просто не проинформированы.
В этот момент из-за соседнего вагона вышла Катька. Вид у нее был грозный. Она подошла к семье и сняла шлем. Арт заметил удивление на лицах обитателей вагона, из чего сделал вывод, что женщины, видимо, в армии «ядерщиков» не служат.
– Все быстро обратно в вагон. Я сказала быстро!
Последнюю фразу она крикнула таким страшным голосом, что даже Арту стало не по себе, а Спас так и вообще вздрогнул. Все засуетились. Мужчина подсадил детей, помог забраться жене, а потом залез сам. На верху их встречал Спас. Арт с Катькой замыкали.
Они прошли по узкому коридору и оказались в просторно помещении. Стены между купе здесь были убраны, и получалась достаточно большая, хоть и не широкая комната. Арт оценил обстановку. Все было вполне прилично – даже какое-то подобие обоев на стенах. По стенам стояло два дивана весьма потрепанного вида. Так же был стол, несколько стульев. В углу Арт заметил несколько прозрачных баков с водой. Пить хотелось ужасно. Да и есть тоже. Но он урезонил себя и взял под контроль свои желания. Не время.
Семья в полном составе села на один из диванов, а Катька устроилась на стуле, который поставила прямо напротив них. В руках у нее был автомат, который она медленно переводила с одного члена семьи на другого, включая детей.
– Я вас внимательно слушаю, – обратилась она к ним. – Рассказывайте.
– Чего рассказывать-то? – мужчина смотрел на нее непонимающими глазами. Дети жались к матери.
– Что за работу вы делаете для «ядерщиков», – рявкнула она в ответ.
Не моргнув глазом, мужчина начал рассказывать. Он, похоже, все еще не понимал, кто перед ним и был уверен, что разговаривает с настоящими военными. Оттого был искренним.
– Обычную работу, госпожа… Простите, не знаю вашего звания. Обычную работу самую. Смотрим здесь, присматриваем. Потом докладываем коменданту западной зоны, господину полковнику Мохову, что да как…
– Что «что да как»? – Потребовала уточнить Катя.
– Ну, как?… Кто ходит, кто что делает… Ну, вы же понимаете – в городе то и дело появляются люди из Сопротивления. Многие стараются им помочь, кров предоставляют. Вот мы и смотрим, чтобы с этим все в порядке было. А если что замечаем, то сразу докладываем господину полковнику.
– А за это жрачка и относительно свободное передвижение на этой колымаге?
– Да, – чистосердечно признался мужчина. – Вот я на той неделе господину полковнику очень интересную информацию дал. Очень интересную. Потом на Юго-западной сразу четырех сопротивленцев взяли. А это я помог! Госпожа… я всеми силами помогаю. Все делаю для нашей Новой России!
Арт заметил, что Катька с трудом сдерживается, чтобы не нажать на курок. Оно было и понятно.
– Документы есть? Разрешение на повозку эту вашу?
– Есть…
– До Очаково имеете право ездить?
– Конечно, и даже чуть дальше, можем даже…
Катька не дала ему договорить, со всей силы ударив ногой по лицу.
– Раздевайтесь!
Мужчина, вытирая кровь, забито смотрел на Катьку, которая стояла над ним, поигрывая автоматом. В глазах его застыло непонимание.
– Что?
– Шмотки свои снимай, тварь! – Крикнула Катя, а потом обратилась уже к его жене: – И ты тоже!
Супруги принялись стягивать с себя вещи. Оказавшись лишь в нижнем белье, которое, на взгляд Арта, тоже было весьма себе ничего по здешним меркам – по крайней мере, не тряпки какие-то. Он тут же поймал себя на мысли, что ему действительно интересно, а какое нежнее белье сейчас на Кате… Вообще за эти полдня он привык к ее новому облику (эта проблема – изменение внешности – его волновала не меньше всех остальных, но Катя на корню обрубила все попытки начать разговор на эту тему, сказав, как обычно, что в Лесу все объяснят). Теперь она казалась ему не менее красивой, чем там, в той Москве. Конечно, он предпочел бы видеть ее в женственном платье, на каблуках, с идеальным макияжем, а не в ватнике или черной мужской униформе. Но дела это не меняла – Катька ему нравилась все больше и больше, а мысли о ее нижнем белье вообще вскружили ему голову. Но Арт не дал волю своим фантазиям, запретив себе даже мечтать на эту тему. Да и какие мечты, если у нее несколько часов назад погиб муж? Но, с другой стороны, теперь-то она свободна!
– Переодевайся, Артем, – обратилась она к нему. – И отвернись, я стесняюсь.
Арт послушно отвернулся и стал стягивать удобный черный костюм. Через пару минут он уже был одет в одежду осведомителя, а Катька разрешила его повернуться обратно. Она тоже была готова.
– Сумка есть какая-нибудь? – зло спросила она у супругов. – А еще лучше рюкзак. И побыстрее!
Хозяин вагона, похоже, все окончательно понял. Трясущимися руками он принялся разбирать какие-то вещи, сваленные в большой коробке, стоящей в углу. Катька внимательно наблюдала за каждым его движением, чтобы он не наделал глупостей. Арт контролировал жену. Спас присматривал за детьми.
