Запоры башни рухнули, не выдержав нашей гармонии. Дым рассеялся, мгла отступила. Тысячи игроков остались позади.
Мы с Шанталь кружились в пустоте, постепенно обретавшей очертания. Невидимая твердь под ногами оставалась опорой, но весь мир сводился только к нам. Девушка смотрела на меня с печальной улыбкой, словно прося прощения за то, что ей предстояло сделать.
С последними мгновениями вальса мы остановились. Она обняла меня, приблизила лицо. Нежно поцеловала.
У меня внутри все разорвалось. Ее слезы смешались с моими. Я никогда не хотел, чтобы наш первый поцелуй случился в Версиане. Но знал: он был для меня.
Шанталь отстранилась, посмотрела на меня в отчаянии. Я задержал ее пальцы в своих, всего на мгновение. Затем отпустил. И девушка пропала.
Туман вокруг сгустился, и появилась надпись:
Конечно же принять.
Невыносимый груз истинной валюты спал с моих плеч. С ним развеялся и туман.
Я стоял внутри башни «Доминион», в полном одиночестве. Фонтаны и парапеты, столы и кубические статуи – все было как в настоящем мире. Только без людей. И, разумеется, без игроков.
Меня окружало виртуальное хранилище данных компании «Сиана», отрезая любое представление о том, что происходит снаружи, отрывая от обоих миров.
Но все же я был здесь.
У меня все получилось.
Я стоял посреди пустого зала, забыв, как дышать, как мыслить, превратившись в сплошной нерв. Это место невозможно было постичь умом. Я должен был его прочувствовать.
Версиана мне была уже хорошо известна, чтобы дать понимание: место, в котором я находился, не было Версианой. Возможно, каким-то подобием Фойе, но очень продвинутым. Вряд ли тут приходилось механически работать. Скорее, творить.
Интересно, сколько у меня есть времени?
Не зная, с чего начать, я подошел к столу с едой. Здесь все было как в реальности, но мое внимание привлекла настоящая яблоня. Она росла прямо из пола. Я обошел дерево кругом, пытаясь вспомнить, точно ли его тут не было.
Ну да, для яблок ведь не сезон.
И все же оно тут не просто росло, а благоухало. И оказалось увешано плодами, тянувшими ветви к земле. Я взялся за яблоко, сорвал, покрутил в руках. Осторожно откусил, начал жевать.
Самое обычное яблоко.
Обернулся к выходу. Двери оказались заперты. Я не был уверен, что попал сюда через них.
Подошел к дверям, подергал ручки. Закрыто наглухо. Это даже не створки – это часть стены.
Ни единого окошка наружу.
– Камилла, – произнес я, ни на что не надеясь. – Ты здесь?
Тишина.
Я вытащил сианофон и впервые увидел, что он не ловит сигнал.
К тому времени я успел доесть яблоко. Казалось, оно пропало из моего желудка, потому что знакомой кислинки внутри я не ощутил. Или же она просто была перебита привкусом желчи.
А когда я начал искать, куда бы выбросить огрызок, то увидел, что пропал и он.
Я спешно осмотрелся, не понимая, почему это место выглядит не таким, как минуту назад. Пока я отвлекался на сианофон, столов стало меньше вдвое. На тех, что еще оставались, было вдвое меньше еды. Зато к яблоне прибавилось еще несколько деревьев, включая манго, киви, сливы, груши и совсем невиданные мною ранее разновидности пальм. Все они росли прямо из пола.
Исчезли и экраны на стенах. Пропала часть фонтанов.
Я обернулся на красную ковровую дорожку, которая только что упиралась в выход. Пропала и она. Когда снова повернулся к столам – их уже не было.
Вместо столов выросли книжные шкафы.
– Привет! – услышал я голос и вскрикнул от неожиданности. Меня кто-то постучал по плечу.
Наверное, никогда я не выхватывал Опус настолько быстро, как сейчас.
Передо мною стояла Малена. Столь же дерзкая, улыбающаяся, нисколько не боявшаяся моего пистолета.
– Ты… ты как сюда попала? – спросил я.
Малена медленно коснулась пистолета пальцем, отодвинула его от своего лица и ответила:
– Двери, которые ты открываешь, не закрываются за тобой. Не сразу.
– Ты прошла за мной? – произнес я в шоке. – Но как?
– У меня свои норы, – ответила она. – Расслабься. Здесь стрелять не в кого.
Она прошла мимо меня к деревьям, посмотрела на них как на старых друзей. Сорвала банан, быстро очистила, начала кусать.
– Бесподобно. – Она закатила глаза. – Как же я скучала! Знаешь, я сама посадила его. Нелегко заставить семечко прорасти в полу, но это не самый странный способ творения. Я видела куда страньше.
Я спрятал Опус и заметил, что это место преобразилось полностью. От банкетного зала не осталось и следа. Меня окружала гигантская библиотека. Все здание башни превратилось в одно сплошное хранилище книг. Казалось, их тут были миллионы. Шкафы простирались до самого потолка, теряясь наверху. К вершинам вели изогнутые лестницы, идущие вдоль стеллажей. Первый этаж густо усеян плодоносящими деревьями. И еще здесь находились письменные столы, выглядевшие как произведения искусства. На них лежали стопки писчей бумаги и самые разные приборы для письма – от ручек до гусиных перьев.
