– Боюсь, мой желудок уже не принимает такой грубой, хотя и очень мужской, признаю, пищи. А сидеть за одним столом и не есть опасаюсь.
– Чего?
– Примешь за обиду.
– Даже за оскорбление, – согласился Придон. – Ладно, на учтивость… этой, учтивостью, ха-ха!.. Смотри, ты это хотел увидеть.
Он поднялся из-за стола, все видели, как его толстая рука, обвитая мускулами, взвилась к плечу. В ладони блеснула рукоять меча. Маг отшатнулся, но тут же качнулся вперед и даже сделал робкий шажок. Глаза не отрывали взгляда от рукояти.
Простая, в виде креста, удобная для хватки широкой мужской ладонью, за крестовиной полоса небесного железа обрывается так неожиданно, что Барвник ощутил болезненный укол в сердце: иззубренный обломок выглядит как трещина через ухоженный город, как оскорбление богам, как смертельная болезнь в еще молодом человеке!..
– Ты все-таки добыл, – прошептал он. – Боги…. Куявию посетил герой… каких еще не знал мир.
Придон отступил на шаг. Глаза его уже шарили в дверном проеме, ибо где-то на просторах дворца можно встретить Итанию.
– Добыл, добыл, – ответил он рассеянно, в голосе было нетерпение. – На, возьми… Где Итания?
Маг покачал головой. На остром конце шляпы печально болтался на шнурке блестящий комок металла.
– Нет, – произнес он с трудом, глаза не отрывались от чудесной рукояти. – Это с тобой. И должно быть с тобой… Лезвие нельзя взять голыми руками. Ты просто останешься без рук…
– Что, – спросил Придон, – со мной?
– Рукоять оставь в ножнах. Я ж говорю, лезвие нельзя… Когда ты отыщешь лезвие…
– Если отыщу, – прервал Придон. Артане не любили таких слов, боги могут оскорбиться самоуверенностью человека, помешать. – Я еще не знаю, где искать.
– Отыщешь, – сказал маг. – Полагаю, что отыщешь… Так вот, рукоять вынешь и отложишь в сторону! А пустыми ножнами зацепишь лезвие и… Можешь подтолкнуть щепочкой, да простят боги мне это кощунство. Придон спросил с недоверием:
– Как если бы я заталкивал туда упрямую жабу? Маг всплеснул руками, с опаской взглянул на потолок.
– Пусть боги, – сказал он со вздохом, – теперь простят твое кощунство. Словом, как только лезвие окажется там, ты тут же вложи на место обломок с рукоятью! Это не даст лезвию выскользнуть. Рукоять главнее, она ближе к тому, кто держал ее в божественной длани. Лезвие не решится ее толкнуть, побеспокоить. Так и доставь сюда. А здесь уже свершим все нужные ритуалы, принесем жертвы, испросим помощи богов. Возможно, изволят разрешить нам наконец-то соединить волшебный меч в единое целое, так злобно сломанный красноволосым колдуном с зелеными глазами!
Придон пробормотал:
– Так это еще и не просто?
– Еще бы! Хотя можешь и так. Ты возьмешь рукоять в одну руку, чтобы мощь этого меча богов наполнила тебя всего и ощутилась в пальцах другой руки… которой ты дерзнешь коснуться лезвия. И только так ты сможешь взять, а затем, не выпуская рукояти, вложишь лезвие в ножны, в которых оно покоилось тысячи лет. Затем опустишь рукоять…
Черево бухнул в наступившей тишине:
– Останется пустяк – добежать до Куявии живым!
Он коротко хохотнул, Придон бросил в его сторону неприязненный взгляд, отступил, в груди жадное нетерпение, мага слышно вполуха, он чувствует запахи Итании, а тут эти зудят, как назойливые мухи, прихлопнуть бы обоих…
Голос Барвинка внезапно стал громким, пронзительным:
– Но запомни! Возъединить обломки можно только здесь, в храме бога Хорса. Принеся нужную жертву, воскурив особые масла и выложив магические… да, магические! Острие на запад… или на восток, надо посмотреть в книгах, воззвав к богу, затем на север, снова воззвав… Всякий, кто дерзостно попытается без должных ритуалов, умрет тот же час отвратной смертью, и ничто-ничто на свете, даже сами боги его не спасут!
Придон поклонился. Кто таскал за спиной пустые ножны, а затем обломок меча в ножнах, тот донесет и лезвие. Это все не так важно, как увидеть Итанию перед уходом на последний подвиг.
Он пошел к двери, там во все стороны распахнулся цветной, как куры, народ. Черево крикнул в спину:
– Ты куда?.. Сиди, я уже сообщил и Тулею, и всем-всем!
– Мне все-все не нужны, – отрезал Придон. – Мне нужна Итания.
Черево, чертыхаясь, ринулся следом. Придон вышел в общий зал, народу много, но вокруг сразу образовалась пустота. Осторожно подошли Барвник и Черево, Придон сделал шаг, в это время отворились дальние двери в стене напротив. Оттуда хлынул свет, ослепленный Придон ощутил, как часто-часто затрепетало его огромное сердце. В зал вошла Итания, за ней следом и по бокам суетливо двигались богато одетые мужчины, Придон вскипел и мгновенно в самых красочных грезах растерзал их всех, трупы бросил голодным псам, а обглоданные кости велел швырнуть в выгребную яму. С Итанией шли две девушки, гордые, что сопровождают такой редкий цветок, но мужчины оттесняли их, добивались внимания, старались держаться на виду.
Глаза Итании расширились, брови удивленно поползли вверх. Она даже замедлила шаг и бросила пугливые взгляды по сторонам, как бы ища, куда укрыться от пронизывающего, как горячий ветер, взгляда варвара.
