– Сиди, – рыкнул тцар.
Придон отрезал мясо, ел, причмокивал, улыбался, делая вид, что все делает с огромным удовольствием, даже с наслаждением, но в желудке было холодно от мысли, что вдруг да это мясо все же превратится в жаб и слизней уже там, внутри?
Внезапно с той стороны стола пошла волна удушливой вони. Вяземайт глубоко выдохнул, взял с блюда ломоть мяса и посмотрел в глаза чародея. Тот снова поднялся, жалкий, трясущийся, а тцар, морщась, проревел:
– Что… что это?
– Мне надо уйти, – пролепетал однорукий маг.
– Вон! – рыкнул тцар.
Барвник метнулся из-за стола в сторону двери. Стражи поспешно распахнули перед ним створки. За чародеем тянулась по воздуху зеленоватая струя, похожая на редкий расплывающийся дым. Штаны сзади промокли и сильно отвисли. Скилл отложил недоеденный ломоть мяса прямо на стол и сказал вежливо:
– Да, было очень вкусно.
Аснерд отшвырнул недогрызенную лапку, даже выплюнул недопережеванный кусок прямо на середину стола и сказал недружелюбно:
– Да, очень. Даже очень.
А Тур, что раньше не раскрывал рта, буркнул:
– А запах, запах… Я имею в виду, от… этих блюд.
Придон ликовал молча, а Вяземайт хладнокровно наверстывал то, в чем приотстал за время поединка. Тцар хмуро смотрел, как он ловко, со знанием куявских манер перчит и солит, заворачивает в пряные листья и умело откусывает с острого края. Черево улыбнулся и тайком подмигнул артанам, а Щажард хранил бесстрастное молчание. Судя по его брезгливому лицу, ему претили эти детские стычки магов.
Тцар поинтересовался у Вяземайта:
– И долго он будет… так? Вяземайт пожал плечами.
– Всю жизнь. Тцар нахмурился.
– Мне он нужен. У меня это сильнейший дворцовый чародей.
– В Артании обходятся без чародеев, – сказал Скилл вежливо.
– Здесь – Куявия, – напомнил Тулей чуть суховато.
– В Артании создали топоры, – ответил Вяземайт с присущей волхвам и жрецам загадочностью, – в Куявии – щиты.
– Что это значит? Вяземайт вежливо улыбнулся.
– Это значит, что мы многое не умеем из того, что умеете вы.
– Это верно, – согласился Тулей довольно. – Мы многое… Э-э, значит, ему придется самому, да? Как выкарабкаться?
– Вы мудры, тцар, – ответил Вяземайт с поклоном. – У нас бедная магия, да и то все наступательная. Защитной у нас почти нет. Потому я даже не пробовал защищаться от… шуточек. Я просто, просто…
Щажард впервые нарушил молчание, шевельнулся, сказал:
– Просто по-артански нанес удар в лоб. Могучий тцар, наши гости прибыли издалека. Они не простые люди, а великие герои. Это уже… известно. Потому и не прибыл наш полководец Дунай-богатырь, потому что… гм… ему уже известно. Ну, известно… Хорошо бы узнать их мнение о нашей стране, нашей обороне, наших обычаях…
Скилл взглянул на Аснерда, на Вяземайта, им говорить, но в это время наверху без скрипа отворились двери, Придон увидел полосу света со второго этажа, там появилась женщина в дорогих одеждах. Она спускалась по лестнице очень медленно, двигались только ее ноги, лицо оставалось мертвенно-неподвижным. Все повернули головы и смотрели, как она грациозно переносит себя со ступеньки на ступеньку. За нею шел человек в ослепительно белом плаще и в белой остроконечной шляпе. Только лицо выглядело чересчур смуглым. Пальцы в толстых перстнях, ладони выкрашены белой краской, дальше тонкие кисти прячутся в широких рукавах плаща.
Волосы женщины напомнили Придону родные горы после лесных пожаров, такая же остроконечная башня смугло-черных волос, золотые ленты обвили так плотно, что виден только желтый блеск. Жемчужные нити умело вплетены в волосы и спускаются к плечам. В ушах сверкают огромные серьги, что тоже вытянулись вниз, касаясь плеч. Шея укрыта в три ряда драгоценными камнями, которые переливаются всеми цветами, стреляют искорками, от них по стенам побежали цветные зайчики.
Обнаженные до самых плеч руки густо унизаны жемчужными нитями, а золотые браслеты блистают при каждом движении множеством рубиновых камней. Платье расшито красными цветами, подол тянется по мраморным ступенькам, все выглядит величественно и красиво.
Мужчина, по мнению Придона, больше походил на воина, чем на мага. Женщина произнесла глубоким красивым голосом:
– Мы видели, как выскочил Барвник. На нем… горел халат. Что-то случилось? Тулей проворчал:
– Просто приболел. У него жар. Не волнуйся. Женщина сказала:
– Тогда пусть побудет Горасвильд? Он может понадобиться. У вас такие гости…
Щажард опустил голову и рылся в вазе с орешками с таким видом, словно надеялся найти среди них золотой слиток. Тулей поморщился.
– Нет необходимости, – ответил он резче. – Не мешай нам!
Женщина скользнула холодным взором по артанам. Придон ощутил на обнаженной коже легкую снежную пыль. Женщина, однако, подошла к столу, но тцар поднял голову и уставился на нее тяжелым взглядом. Ее красивое бледное лицо слегка дрогнуло, в нем появилась неуверенность, на скулах проступили красные пятна. Женщина опустила пальцы на спинку стула, оглянулась на молодого спутника. Тот слегка качнул головой.
