Она отвлеклась на очередного посетителя, а я задумался. Если Ху отправил меня сюда, ничего не рассказав, значит, предполагал, что пойму и без этого. На мне одежда, как у этих монахов – так я мысленно обозвал троицу, они ведут себя не так, как положено принявшим Слово Господа. Вполне возможно, именно к ним я должен примкнуть, чтобы разобраться в происходящем.
Только как это сделать? Вдруг они знают друг друга в лицо? Надо попробовать влиться в ряды послушников, кажется, так называются новички. Но не выгляжу ли я староватым для такого? Обычно в послушники идёт молодёжь, а мне уже, считай, сорок.
– Замени свечи на столах, – вновь обратилась ко мне Холли. – Там, – она мотнула головой в кладовую, дверь в которую находилась как раз рядом со мной, – на полке.
Согласно кивнув, я набрал те в подвернувшуюся под руки чашу и пошёл по залу, убирая огарки и расставляя новые свечи. Казалось странным, но здесь почти не пахло дымом, несмотря на то, что одновременно их горело больше тридцати. На меня почти не обращали внимание, будто я здесь был привычным, а не новичком в городе, где все, скорее всего, знали друг друга.
– …с северного въезда.
Подойдя к столу монахов, я принялся за своё дело, внимательно прислушиваясь к их разговору.
– Кто встречать будет?
– Джейкоб.
– Один?
– Отец Этельверд отправил так.
Я нечаянно толкнул огарок, с которого на стол тут же натекла приличная лужа воска, извинился:
– Простите, – и в ответ получил лишь молчание. Пришлось быстро закончить со всем и вернуться на своё место.
Узнать, что или кого будут встречать монахи и когда, не получилось. С другой стороны, а что бы мне это дало?
– Эй, – я поднял взгляд и увидел стоящего перед стойкой прямо напротив меня мужчину примерно моего возраста, в почти такой же монашеской накидке, но с откинутым капюшоном. Почти, потому что она была привычного коричневого цвета.
– Да, – поднялся я.
– Кружку эля налей. А где Холли?
Я оглянулся. Её действительно не было.
– Вышла, наверное. – Взяв кружку, я подошёл к одной из бочек и повернул кран. Пока эль наливался, пенясь и распространяя вокруг хлебный аромат, я думал, а что, если этот монах не из тех монахов? И что, если получится его разговорить?
– Вот. – Я поставил перед ним кружку, и в этот момент появилась Холли. – Составить компанию?
– Почему нет? – Монах улыбнулся. – Хорошая компания только во благо.
Долив себе пива и поймав укоризненный взгляд Холли, я прошёл за монахом к одному из столов, где нам тут же освободили место. Похоже, мой новый знакомый пользовался тут авторитетом.
– За Господа! – Усевшись, монах поднял кружку и сделал несколько глотков.
– За Господа! – хором ответили все, кто сидел с нами, и я последовал их примеру. Свежее пиво поверх выдохшегося вкуса не добавило, но мне нужно было поговорить с монахом.
Без часов было сложно ориентироваться во времени, но спустя, по моим прикидкам, примерно час за столом остались только мы вдвоём. Да и паб начал пустеть. Я принёс монаху, которого, как оказалось, звали отцом Калебом, ещё кружку пива и решил, что теперь можно и поговорить.
– А скажите, отец Калеб, почему у вас с теми монахами, которые тут были, разное облачение? Вы же вроде из одного аббатства.
– Ты неверно понимаешь. Я служу церкви Святого Петра. Оно официально относится к аббатству, но мы самостоятельны и их главному, аббату Этельверду Справедливому, – на этом месте отец Калеб скривился и сделал глоток пива, – не подчиняемся.
– Интересно как. – Я тоже выпил. – А почему?
– Когда-то мы были все одно, – отец Калеб вздохнул, – а потом приехал он. Разогнал наших послушников, набрал своих… Говорят, они там совсем не Господу молятся.
– Дьяволу? – Я сделал вид, что испуган, и снова хлебнул пива.
– Не знаю уж, кому, говорят разное. Но люди у них пропадают.
– Расскажите, отец Калеб! – тут же подобрался я, понимая, что, кажется, действительно напал на нужный мне след.
Потоптавшись на месте, Игорь всё же решил, что тратить деньги на одежду, которой и без того завалена половина квартиры, не стоит. Время уже упущено. Кирька если в чём-то виноват, то сбежал ещё вчера, и торопиться некуда.
Половина квартиры – это, конечно, было преувеличение, но иногда Игорь представлял себя главным героем старого сериала «Притворщик», используя для каждого дела новые образ и одежду. Часто последняя даже не была новой в изначальном смысле этого слова. Он шарил по барахолкам и секонд-хендам, рылся на сайтах по продаже подержанных вещей и выискивал то, что требовалось. Ведь странно будет выглядеть, если к тебе приходит сантехник, работающий в придомовой управляйке якобы уже несколько лет, а на нём одежда только что из магазина.
Надев рубашку без рукавов с намёком на глажку, уже ношенные после стирки и утюга классические серые брюки, коричневые кожаные сандалии поверх белых носков, взяв в руки коричневую же, но уже другого оттенка папку из дешёвого дерматина – да, и такое в арсенале тоже было, – и нацепив на нос очки в толстой оправе, но без диоптрий, Игорь отправился по названному Тимофеем Витальевичем адресу.
