Неожиданный разговор со Сталиным Лекса порадовал. Нормальные отношения с властью это залог спокойной жизни. А что магу еще нужно. Жаль немцы пока не понимают изменения ситуации и пояснить им всю глубину их заблуждения еще не представляется возможным. Они подтянули ко второй базе кучу народа и техники и все таки пытаются взять ее штурмом. Большие потери их пока ничему не учат. Все попытки атаковать пехотой с поддержкой танков пока благополучно и практически без потерь оборона отбивает. Они ничего не могут сделать с такой обороной. По ночам, бойцы относительно спокойно стягивают себе в гору разбитую немецкую технику. Одно время немцы попытались им препятствовать, но после нескольких неудачных попыток атаковать эти трофейные бригады , они от таких планов отказались, так как понесли ночью еще более значительные потери. Обороняющиеся не пытались их атаковать, пока им этого не надо, а немцы не знают, что с ними делать. Штурмовать укрепленный район в лоб, по единственной дороге они уже пробовали. Обложили все вокруг, своими окопами и врытой в землю техникой, но что дальше. Лекса пока такая ситуация устраивает. Пушечные големы под управлением гвардейцев медленно набираются опыта по обнаружению различных целей, а его люди набираются такого же опыта по управлению големами. На самом деле управлять големом просто, только вот много необычного. Вы не крутите всяких ручек, вы просто даете мысленные команды, а он выполняет их. Первое время смешно было смотреть как Гранин пытается самостоятельно крутить настройки, когда голем проводит наведение пушки, но люди быстро привыкли к такому поведению, с вида вроде бы нормального орудия. Также выяснились и достоинства и недостатки самостоятельной работы големов. Они сами точно и быстро поражали цели только в том случае, если те двигались не маневрируя. Големы не могли точно рассчитывать упреждение при прицеливании по маневрирующей цели, но даже на небольших прямолинейных участках они ее ловили и уничтожали, это относилось как к танкам, так и к самолетам. Немецким пушкам тоже не повезло, как только они появлялись на прямой видимости, так и переставали существовать, а бить по дотам с закрытых позиций бесполезно. На самом деле, партизаны сейчас немцам не очень то и мешали. Сидят на базе, в стороне от основных коммуникаций, в окружении, но престиж их был задет. По договоренности с Берией, в газете была напечатана статья об удачных боевых действиях окруженной группировки под управлением дивизионного комиссара Семенова, которая не сдалась противнику и даже в окружении продолжает сражаться и наносить врагу чувствительные удары. Такие сведения очень больно бьют по немецкой пропаганде, и в тоже время поднимают настроение, пока отступающей, красной армии. Немцы занимали полосу не более 5 километров вокруг новой базы и партизаны могли спокойно принимать самолеты на основной базе на болоте. При этом самолеты обязательно пролетали и некоторое время кружили на большой высоте над новой базой, создавая видимость снабжения окруженных войск. Несколькими рейсами удалось вывести всех детей, у которых оказались родственники за линией фронта. Еще Лекс передал Юричу двести комплектов, по семь штук, разговорников и тысячу очков кошачьего глаза с тысячей обманок. Также к ним прилагались двадцать артефактов зарядки. Под руководством, уже капитана Сизова, была образована специальная группа НКВД, для контроля и управления спецтехникой. Первыми, с инструкциями, поступили в войска разговорники, причем сразу на уровень дивизий, полков и батальонов. Руководству красной армии удалось быстро обеспечить связью тридцать, наиболее боеспособных дивизий, на опасных направлениях. После налаживания связи, можно было распределить и очки. В основном, из за очень эффективного использования в авиации, они разошлись по летчикам, им тоже достались и разговорники. Около пятидесяти летных полков получилось полностью обеспечить его устройствами. Учитывая особую эффективность применения авиацией этих устройств, потери немцев стали значительно увеличиваться. Инструкции и рекомендации по применению новой техники были заранее наработаны полками ночников, к которым устройства попали первыми. Также особую радость проявили врачи в госпиталях, которым достались небольшие партии эликсира. Количество бойцов полностью выздоровевших после ранения значительно увеличилось, особенно учитывая, что такие эликсиры применялись только к тяжело раненным. К сожалению много эликсира сделать не могли. Если в запасах трав которые собирали колхозники недостатка не было, то вот при создании эликсира были проблемы. Создавать эликсиры могли только маги, а точнее только Лена и Митрич, поскольку очень уж разнообразным было сырье и надо было постоянно видеть ауру растений. Лена тратила шесть часов ежедневно на эту работу, а Митрич под ее наблюдением по 4 часа в день. За день у них получалось не более чем по 100 литров эликсиров обоих типов. При расходе по минимуму, на человека приходилось по 50 грамм каждого типа. Это всего на две тысячи раненных в день. Но и этого раньше не было. Многих таких тяжело раненных раньше вообще не спасали.
