Потому что приятно было раздумывать над тем, как деревня будет расти и развиваться. Как брошенные сейчас дома наполнятся людьми и всем им найдется хорошая работа. Как построят школу и дети будут носиться по пока еще пустующим дорогам, стараясь скрыться от учителей, которые обязательно будут не грозными и не скучными.
Надо будет и обоих представителей нечисти подключить к образованию детворы. Хотя бы про историю края и тех мест. Да и в принципе, чтобы привить правильную привычку к мирному соседству.
Мне казалось, что если Хийси увидит восхищенно распахнутые рты ребят, то пугать их точно не будет. Да и Сохрон многому про лес мог научить…
В общем, в дороге я продумывал почти все возможные сферы жизни пока еще небольшой деревушки.
Водный транспорт тоже хорошо бы наладить. По воде удобнее и быстрее получится добираться до ближайших городов. Небольшой речной вокзал возвести, причалы сделать…
Всё со временем, конечно. Но обязательно случится. Уж я об этом позабочусь.
Приятные мысли заняли всё время. И даже стремительно темнеющее впереди небо не сбивало меня с отличного настроения. Для меня это даже был своего рода добрый знак, ведь в нашу первую встречу с мастером тоже бушевала стихия. Славная тогда буря была.
Хотя сейчас, похоже, надвигалась непогода гораздо сильнее.
Овражский, которого я заранее предупредил о своем визите, встречал меня на так же на крыльце.
— Александр Лукич, здравы будьте! — он сошел по ступеням и двинулся мне навстречу.
— Максим Леонидович, рад вас видеть, — я пожал его крепкую загорелую руку и кивнул на прицеп: — Материал, о котором мы с вами беседовали.
Описал я вкратце, о месторождении мрамора говорить не стал. Не то чтобы не доверял мастеру-каменщику, скорее любопытно было посмотреть на его реакцию. Своего рода маленькое испытание.
Овражский залез под брезент, которым укрыли глыбы, и громко присвистнул.
— Ну умеете вы меня каждый раз удивлять, ваше сиятельство! Где же вы такой чудной материал раздобыли? Похож на северный, карельский…
Мужчина прикрыл глаза и беззвучно что-то забормотал. Исследовал камень своим даром. Без такого умения в его работе было нельзя.
Я уже раньше убедился, что Овражский очень талантлив, и теперь с удовольствием наблюдал это снова. Его сила была уверенной и монолитной, прямо как камень, с которым он так любил работать. При это не была грубой, просто настойчивой.
Ощутив отклик в моем мраморе я тоже чуть не присвистнул. Мастер сумел пробудить стихию! И в его руках мрамор едва заметно засветился изнутри янтарным огнем.
— Вот это да… — хором сказали мы и также дружно рассмеялись.
Овражский задумчиво почесал свою короткую бороду и хитро изогнул бровь:
— Слышал я небылицы про такой мрамор. Как и то, что давно уж его не добывают. Вы уж меня простите за любопытство, ваше сиятельство. Спрашивать откуда не стану. Только спрошу — можете ли достать ещё, для меня?
Его тактичность вызвала у меня широкую улыбку. Да и неприкрытый намек на то, что первый клиент для моей шахты уже есть…
— Смогу, Максим Леонидович, — я кивнул. — Но как скоро, не знаю. Расскажете, что за небылицы вы слышали?
— Это я всегда готов, особенно в такую погодку самое то, — усмехнулся мастер. — Так что прошу к нашему столу, угощу вас, как и положено. Чаем да байками. Только сначала камушек отнесу.
Овражский призвал дар, частично окаменев внутри, и подхватил тяжеленную глыбу так легко, словно она ничего не весила. Однозначно, как только доберусь до стихии земли, это станет моим любимым умением. Конечно, на одну лишь магию я никогда полагался, но как же сэкономит это время и ресурсы!
Я с уважением наблюдал, как мастер играючи справился с грузом, донес его до мастерской и уложил под навесом, заботливо прикрыв холщовой тканью от уличной грязи. Погладив мрамор на прощание, Максим Леонидович пригласил меня в дом.
Внутри по-прежнему уютно пахло деревом, мхом и смолой. Чайник уже был горячим — меня ждали.
Заварив своего волшебного чая и выставив на стол мёд и пряники с баранками, мастер принялся рассказывать.
— Наши уральские земли богаты на сказки всяческие, но из дальних краев мы тоже собирали легенды. И берегли их, передавали из поколения в поколение, как и умения свои. Вот одна из них была об острове среди Ладожского моря…
Традиционно, история начиналась с красавицы колдуньи. Жила-была, не тужила и людей вроде как не трогала. На том самом острове, сама по себе. В деревушку, что поблизости была, наведывалась периодически, за провизией разной и с хворобой местным помочь.
Пока не увидел её тамошний хозяин земли, ни много ни мало — князь. Влюбился так, что мочи не было. Вился вокруг девицы, а та ни в какую. Мол, он кровей благородных, а она из простых, и ничего у них не получится. Общество осудит.
Но пылкий влюбленный не сдавался. Чтобы доказать свои намерения, за благословением отправился к самому императору. Чтобы, значит, общество не сомневалось. Тот удивился и решил лично посмотреть, кто же свел с ума верноподданного.
Ну и… сам влюбился. Вот так сразу и без раздумий. Молодой ещё был.
