— Хорошо. Спрошу по-другому. Чем он болен? Если вы считаете, что даже самый лучший перл избавит вас от любой болезни, то это не так. Зачастую он лишь позволит не дать заразиться и приведёт в порядок простейшие функции организма. На всё остальное нужны особые настройки, и поверьте мне на слово — их множество, — покачал я головой, экстренно вызывая Ларису и Виктора Ивановича.
Ларка — медик, а второй мой тульпа — энциклопедист, который может вовремя дать подсказку, если вдруг потребуется какое-то экзотическое лечебное средство.
— Сифилис, — обречённо произнёс француз.
— Дайте подумать, — кивнул я ему, в темпе проводя нечто вроде врачебного консилиума.
— Твои перлы от ядов лечат? — первым делом спросила Лариса, сухо перейдя на деловой врачебный тон.
— Да, но надо знать от каких. Есть несколько разновидностей, каждая из которых эффективней другой, если указать вид яда.
— Ртуть и мышьяк? — тут же сориентировалась наша медичка.
— Тогда да — любой вид выбирай. Вытащу, даже если ты в ванне с ведром ртути искупаешься.
— Спроси, чем он сейчас пациента лечит? — сухо кивнула Лариса, давая понять, что она меня услышала.
А мне что, я и спросил — оказалось, лекарь ноги ему мажет ртутной мазью.
— Неплохо, — оценила Лариса, — Для нас неплохо, а для пациента, очень даже хреново. Но раз ртуть мы сможем купировать без вреда, то теперь второй вопрос — а ты можешь пациенту температуру нагнать градусов под сорок?
— Разве что отдельным перлом. Кстати, довольно небольшим, — прикинул я свои возможности.
— Тогда схема лечения определена. Малярией заражать не станем, и от ртути не отказываемся. Понятно, что есть более щадящие медикаменты, но где вы сейчас тот же ацетон достанете, чтобы нам производные йода добыть?
— Ну, чисто теоретически ацетон уже известен, — попытался блеснуть знаниями Виктор Иванович.
— Пока вы возитесь, сифилис в следующую стадию перейдёт, — отмахнулась от него тульпа — медичка, — Будем лечить тем, что имеем. Александр Сергеевич — с тебя два перла. Один на температуру, а второй общеукрепляющий, но с акцентом на серьёзное ртутное отравление. Очень серьёзное. Справишься?
Я прикинул наличие нужного аурума в сундучках и лишь молча кивнул в ответ. Придётся свой перл в переработку отправить, но зато всё с гарантией выйдет.
— Зовите пациента. Обсудим изготовление перлов и процесс предстоящего лечения. А заодно обговорим оплату. Можете сказать ему, что успех излечения я гарантирую, но по срокам пока ничего не обещаю, — отправил я лекаря обратно в карету.
Так-то, да, гость ко мне прибыл инкогнито, но одна из разъездных карет Императорского дворца… Не правда ли, совсем незаметная такая мелочь, на нашей тихой окраине…
— Ваше Вы…
— Тс-с, — прервал он меня, прижав палец в белой шёлковой перчатке к своим губам.
— Тогда, здравствуйте, — жестом пригласил я Светлейшего князя за стол.
Если что, брат Императора, Константин Павлович пожаловал. Первый претендент на престол. Главнокомандующий Польскими армиями. Наместник Царства Польского.
Те, кто близко знают князя Константина, отмечают наличие у него ума, прекрасной памяти и огромной трудоспособности. В российском обществе и за границей на Константина смотрели не только как на будущего российского монарха, но и как на возможного греческого императора или польского короля. А он не желал власти. Делал всё, лишь бы не стать монархом. Хотел просто жить и радоваться. Вот и заработал неприятности.
— Хорошо, что вы сами приехали. Это изрядно ускорит решение вопроса. Я сейчас сделаю для вас два перла. Про их использование я вашему лекарю уже всё пояснил. Скажу сразу — будет не легко, но иного пути нет, если вы желаете раз и навсегда избавиться от столь пагубного заболевания. Поэтому слушайте его указания, и не препятствуйте ему.
— Могу я узнать, что именно вы собираетесь сделать? — спросил Светлейший, а я чуть было не заулыбался, глядя на то, какой он забавный.
Природа и генетика наделили Константина необычайно высоким лбом, который сразу же бросался в глаза, и пухлыми щёчками. Всё вместе это смотрелось донельзя умилительно и как-то по-детски, если бы не его свершения, которые говорили сами за себя, вполне позволяя определить Светлейшего в весьма полновесную и значимую фигуру на политических фронтах.
— Сначала малый перл, с участием месье Люссака, будет держать вас в состоянии высокой температуры, для чего он и будет сформирован. Это не даст распространиться болезни. А её саму мы убьём ртутными мазями, которые сами по себе жесточайший яд, но от него вы будете защищены самым мощным перлом, который не позволит нанести вред вашему организму. Дайте нам срок чуть больше недели, максимум двух, и вы забудете обо всех неприятностях.
— Шутите? Насколько я знаю, мою болезнь полностью излечить нельзя. Разве, что залечить, чтобы она не доставляла видимых неприятностей.
— Излечу. Полностью. Помешать этому можете только вы, если начнёте нарушать правила лечения. Хотя мне и придётся пойти для этого на изрядные жертвы.
— Что вы имеете ввиду?
