Этот год в пансионе пролетел быстро. Как-то столько всего случилось, что я и не заметил, как настало лето. За весь год своего маленького приятеля Калли я видел от силы раз пять. Он хвалился успехами в огненной магии и очень сожалел, что молодых магов огня за территорию факультета редко выпускают. Похоже, опасаются за сохранность других корпусов. Даже в столовую огневиков-малолеток сопровождают три наставника.
Но мальчишка меня не забыл и каждый раз заверял, что скучает.
С началом каникул Калли уехал домой. И большая часть пансиона опустела. У нас на факультете остался только Дорри. Он мне в один из вечеров по секрету сообщил, что поедет на три года в приграничье. Я только хмыкнул, но пояснять, что пробуду в ссылке на год меньше, не стал.
В этом году каникулы мне понравились гораздо больше. Наверное, потому что встречался с Фелькой чуть не каждый день. И гулять по Тихой стало гораздо приятнее. Как-то незаметно мы со всеми перезнакомились. Напротив трактира в уютном двухэтажном домике жила вдова с ребенком. Лариза зарабатывала на жизнь тем, что шила наряды для горожанок. У вдовы был миленький палисадник перед домом.
И не только у нее. Семейная пара, что жила по соседству, выращивала у себя на клумбах цветы, похожие на земные розы. Как будто стараясь перещеголять этих любителей цветов, старик из дома слева от трактира засеял свой участок какими-то редкими сортами трав. Сама по себе трава была невысокой. Но имела разные цвета: от ярко-изумрудного до сине-фиолетового. Старик этими растениями создавал узоры. Спиральки, волны, кружочки. Но, в целом, нарядно и красиво. Жена Боба, трактирщика, признавала только кашпо с цветами. И увешала ими весь фасад дома.
А еще на углу Тихой и улицы Трех Магов располагалась булочная. Обаятельный толстячок Марк пек кроме обычного хлеба много всякой сдобы. Я каждый раз прихватывал с собой в пансион крендель с глазурью. Нас с Фелькой уже знали на Тихой многие обитатели, по крайней мере, в районе трактира здоровались и приветствовали все.
Я же искренне полюбил и сам город, и его жителей.
Фелька, зная мой секрет, продолжал рассказывать истории из жизни охотников Пустоши. Часть он сам слышал от отца, другие от приятелей того же Маджи. В принципе, ссылки я давно не опасался. Мне же не придется самому уходить в пустыню и зомбаков никогда не увижу. Даже перспектива того, что из казны не получу за два года ни монетки, ничуть не пугала. У меня в личном сейфе уже приличная сумма набралась. Наш «подпольный бизнес» процветал.
В начале седьмого класса наставник сообщил, что я приступаю к изучению сложносоставных пиктограмм. Таких, как амулеты горячей воды, и прочие. Естественно, Маджи тоже ими заинтересовался. Может, он такие кристаллы и в другом месте мог купить. Особой сложности в этих «хороводиках» из пиктограмм не было. Но Маджи было проще заказывать мне кристаллы. Фелька уверял, что не все артефакторы делают их нужного качества. Порой пиктограммы бывают перекошенными, и магия истощается быстрее, чем за месяц. А своей репутацией Маджи дорожил. Потому продолжал работать со мной.
Зато наставник порадовал тем, что размер самих составляющих для подобных пиктограмм на силу и свойства будущего артефакта не влияет. Я, возможно, и быстрее делал бы эти формы, но каждый раз приходилось чертить узоры, а потом развеивать, уничтожая следы. Зато у себя в комнате я хранил постоянные чертежи, с которыми работал. Пришлось заднюю стенку у шкафа сделать двойной. Там и прятал свои заготовки. Оттого для Маджи изготавливать сложносоставные артефакты у меня получалось в разы быстрее. Не нужно два десятка чертежей изображать.
В целом, седьмой класс для меня оказался проще предыдущего. Может, только сложно было запомнить все узоры. Но тут у меня была личная записная книжка.
С удивлением узнал, что водная магия бывает тоже боевой. Конечно, против зомби Пустоши она не поможет. Но случись война с Датанией, такие артефакты вполне помогут воевать тем, у кого проявляется водная стихия.
Кстати, я тех датанцев в столице уже насмотрелся. Внешность у жителей соседнего королевства была примечательной. Миндалевидной формы глаза, матовая бледная кожа и черные как смоль волосы. Чем-то они мне напоминали жителей Японии.
Торговали датанцы много и активно. Только Маджи соблюдал кодекс чести охотников. И никогда датанцам не отпускал свой специфичный товар. Мне об этом тоже Фелька рассказал. Мы с ним теперь встречались каждые выходные, независимо, был у меня товар на продажу или нет.
Обычно прогулки наши заканчивались страстными поцелуями. Парень давно намекал, что в мои шестнадцать с хвостиком лет не иметь секса ненормально. Я внимал, но не решался переступить грань друг-любовник.
========== Часть 7 ==========
– Юлий, ну, хочешь я буду нижним, – пытался в очередной раз раскрутить меня на секс Фелька. – Ты таким красавчиком стал, что у меня скоро штаны прорвутся от постоянного возбуждения.
Такого рода предложение застало меня врасплох.
– Хм… ты разрешишь мне быть ведущим? – не поверил я.
