Я вздохнула, мне всегда было грустно в этот момент. Мир умирал. Все было правильно, ведь прежде, чем родиться - надо умереть. И сейчас мир, показав всю свою мощь, гасил свои огни: звезды, зажёгшиеся всего пару минут назад и светившие, словно тысячи фонарей, сейчас гасли, будто бы их гасил фонарщик поутру - вот уже нет четверти огней, половины, ещё больше, ещё. Вот на небе остались лишь три луны... две. Одна. Мир погрузился во тьму. Вечную тьму. Вечную загадку. В такой тьме не видно ничего, как ни подноси руки к глазам - ты ничего не увидишь, какие ни зажигай лампы или свечи - ты ничего не заметишь. Мира не существовало, и нас в этом мире - тоже.
Я наощупь опустилась вниз и легла на пол, подложив под голову подушку, специально приготовленную. Тьма нагоняла тоску, я все вглядывалась в неё, пытаясь поймать этот момент, когда уже всё, когда мир снова оживёт и засияет красками. Слезы как-то сами собой выступили на глазах, и хотя я не любила плакать лёжа, потому что слезы затекали в волосы, щекотали шею и попадали в уши, я все равно не могла даже сдвинуться с места. Сейчас мне казалось, что ничего не существует, ничего и никого, кроме меня. Одиночество и жалость к себе пронзили меня, буквально выворачивая наизнанку. Проблемы с Вэртом были решены, директор не так уж слишком мучал меня, следующей проблемой на повестке дня - моя собственная свадьба, до которой оставалось какие-то то там два месяца. Так мало и так много. Я боялась этой даты, я переживала, не знала, как об этом думать и что делать.
С одной стороны, дело это было решённое, сомнениям и обжалованию не подлежит, я ведь сама согласилась, с другой стороны - я не знала, что меня ждёт после этого момента. Быть женой? Мне? Нет, я не готова, и понятия не имею, что это такое. Быть такой, как бабушка? Которая просто выпивает мужчину, его связи и ресурсы, и идёт дальше? Тоже не хочу. Быть любящей и заботливой женой, как мата Таренна? Да, пожалуй, так бы я хотела, но для этого надо хотя бы любить и уважать того, за кого ты выходишь замуж. Тут об этом и речи не шло... вне зависимости, какой пост он занимал, сколько денег у него было, и как он был красив, когда ему было двадцать, я не могла уважать графа Аббате, который должен был стать моим мужем. Он мне был интересен тогда на балу, и я пыталась с ним поговорить и наткнулась на того, кого мало интересует жизнь вокруг, лишь только он сам. И это скорее вызывало отторжение, чем привлекало. И если в случае со свадьбой Вэрта у меня был реальный шанс что-то изменить или как-то повлиять, то тут... без шансов, без вариантов. Я могла, конечно, отказаться вовсе от этой затеи, но какой ценой...?
К тому времени, когда непроглядную тьму стал разбавляться свет зари, я успела проплакаться и даже немного задремать. Я потёрла заплаканные глаза и подошла к окну, наслаждаясь Рождением Мира из тьмы, на подоконник вдруг приземлилась бумажная птичка и тут же развернулась в лист бумаги, на котором гласила надпись: «С Рождением». Ниже шла подпись: «Директор Академии Артефакторов и Глава Военной Гильдии мистер Д’армэ». То чувство, когда подпись человека занимает втрое больше места на записке, чем само послание. Но все равно приятно... Убедившись, что мир на месте и все-таки смог переродиться, я пошла спать в кровать, захватив подушку с пола.
Следующие дни, недели и месяцы жила я едва-едва, спала плохо, меня мучали кошмары и странные видения, ела тоже без особого аппетита, а кошмар по имени свадьба приближался... Каждые вторые выходные я проводила в доме у бабушки, где она мне рассказывала, как все будет, что уже готово и что ещё будет сделано, потом мы снова ровняли платье, пока она что-то щебетала о гостях и чем-то таком же бессмысленном. Мы договорились с ней, что за три дня до свадьбы я должна буду явится к ней, чтобы добрые девушки с ловкими руками привели меня в порядок, а ещё за неделю до этого я должна была появится в кабинете директора и сообщить ему, что мне надо уйти будет. Но я постоянно об этом забывала, к тому же я практически спала везде, где могла, не смотря на сочувствующие взгляды Рисы и Инга, которые отчего-то считали, что я не сплю, потому что пытаюсь учиться лучше и так мучаю себя. Это было не так, но переубеждать я их не стала... Хотя благодаря нескольких бессонным ночам мне удалось вытащить свой годовой проект из «удовлетворительно» в «хорошо».
- Мне нужно отпроситься на свадьбу. Думаю, двух или трёх дней мне хватит. - Отозвалась я, устало оглядывая этот дурацкий кабинет, с которого вскоре смогу писать картины, настолько хорошо я знаю эту обстановку.
- Что ваш друг, который брат, решил женится повторно? Или у вас их несколько? - Издевательский тон мистера Д’армэ сегодня меня совершенно не трогал, пролетая мимо.
- Нет. Это моя свадьба...
Я немного поморщилась, по головной боли, с которой из-за кошмаров и недосыпа мне приходилось мирить последние недели, больно ударили яркие и сильные эмоции Эвиана Д’армэ. Неудовольствие, гнев, раздражение расходились вокруг него, словно круги по воде.
