Клинок пронзил броню Мгаистра и погрузился на пять сантиметров, но этого хватило. С кончика его лезвия, в тело врага потекла раскалённая лава.
Давление на меня усилилось. Не потому, что молот давил. Нет, я понял, что победил, но кроме нутра магистра, я волей выжигал из кинжала заклинание-жучка.
Если не сейчас, то когда? Тем более лава….
Меня качнуло и, чтобы устоять, я одной рукой опёрся об асфальт. Внезапно магистр рухнул на колени и оказался со мной одного роста.
Его лицо исказилось от боли. Глаза стекленели, а губы шевелились в последнем слове:
— Умри, — просипел он.
— Уже, — прошептал я.
Магия артефакта прекратилась раньше, чем он умер. Я выдернул кинжал и, дрожащей от усталости рукой, добил его в сердце.
Он издал последний вздох и, завалившись на асфальт, затих на нём вечным сном.
Собрался с силами и, поднявшись, на подгибающихся ногах я побрёл к дому. Я видел, что там отбили несколько атак магистра, но кто? Коля бы не смог. Мама? Она не боец, и сейчас ей должно быть крайне тяжело.
Сердце сдавило переживанием. Тартар с ним, с наследством, лишь бы с ней всё было в порядке.
Путь до дома длился вечность. Крыльцо показалось Эверестом. С натуго тяжелоатлета я открыл дверь и шагнул в гостиную. Сил совсем не было. Ни магических, ни физических.
— Господин! — кинулся ко мне Коля.
— Сынок! — воскликнула мама, сбегая по лестнице со второго этажа.
— Ты цела? — просипел я, — после защиты от атак.
— А это не я, — мама обняла меня и прижала к себе, — это Василий.
— Сслон? — выдохнул я, ощущая, что силы всё, уходят окончательно.
— Нет, — заговорил Коля. Мама отстранилась и слуга подставил мне плечо. — Василий, мой друг, он приехал на собеседование, я же говорил.
— Точно, — ухмыльнулся я с усилием, неудержимо клонило в сон, как всегда после магического истощения и работы с мощными артефактами. — Хорошо, что он здесь оказался.
— А вот и он, — Коля слегка повернул нас в сторону, и я увидел, о ком он говорил.
— Здравствуйте, Кирилл Дмитриевич, — улыбнулся Василий, а я потянулся волей к Коле, чтобы забрать его силу. Потому что Василий оказался гвардейцем третьего ранга. Гвардейцем Уваровых-Орловых.
Великий Магистр Ордена или Центра Призыва и Усиления
Великий Магистр пребывал в дурном настроении. Сначала у них ничего не вышло с древним артефактом, и Конрад Бергсон лишился своего помощника. Затем клык Аэтоса активировался, но Бога рядом с ним не оказалось. А теперь ещё и приходилось сидеть на собрании руководства Ордена.
— Конкуренты с севера поджимают, начинают предлагать услуги дешевле, — произнёс главный казначей.
— У нас результаты лучше и качественней, — отмахнулся от его слов другой великий магистр. — Доходность за этот год уже превышает прошлый в полтора раза.
— Китайский центр прощупывает почву уже за пределами Индии, — докладывал ещё один великий магистр.
— Хранитель знаний может что-то посоветовать? — спросил Гроссмейстер Ордена.
Начальник Конрада Бергсона, слушал разговоры «коллег» в пол уха, не прислушиваясь и не вникая. Его бесило и раздражало, что эти люди забыли свою миссию и отдались в объятия золотому тельцу.
Перед его глазами промелькнула картина, как Аэтос всё же приходит и убивает их. Разносит орден по камешкам. На губах Великого Магистра зазмеилась улыбка.
— Чему Вы улыбаетесь? — возмутился кто-то из «коллег», — Российская Империя Ваша сфера влияния, и они до сих пор продолжают свои эксперименты.
— Это всё пустое, — махнул он рукой, — ничего у них не выходит.
— Пустое?
Великий Магистр, даже не посмотрел на вопрошающего. Он поморщился и утвердился в своём решении. Надо спровоцировать Аэтоса. Если не выходит в этом мире, значит, пусть вернётся в Тартар. Надо провести ритуал призыва. В бездне адской ямы томится не только Господин. Там есть, кого ещё призвать.
— Кого ты привёл ко мне, — прорычал я, напрягаясь всем телом. Откуда только силы взялись, сам не знаю.
Коля от моей реакции присел на месте, а женщины, мама и сбежавшая за ней сестра с Ириной Леонтьевной, испуганно отшатнулись и отступили на несколько шагов.
— Он же с Юрцом якшался, — выплюнул я сквозь хрип, и обнажил кинжал.
С голыми руками я не боец. Капель силы, что я забрал у Коли (от этого его ноги и подогнулись), должно было хватить для активации чисто стихийных заклинаний. Осталось только собрать силы физические и преодолеть десять шагов, что разделяли меня и гвардейца.
Сколько раз я наблюдал, как он с Юрцом, тем самым, который командовал моей казнью, занимались на плацу подготовкой солдат «папашиного» рода. Со стороны казалось, что они не разлей вода. Этот Василий заглядывал Юрцу в рот и смеялся над каждой его шуткой. Странно, что в поездку на болото его не взяли.
— Господин, — простонал-просипел Коля, — всё в порядке…
— Кирилл Дмитриевич, — Василий выставил руки вперёд и шагнул мне на встречу, — всё не так, как вы думаете.
— Сынок!
— Кирилл!
Голоса мамы и сестры слились в один. Только Ирина Леонтьевна молчала и смотрела на меня каким-то изменившимся взглядом. Словно видела впервые.
