Ну вот что он делает? Мой мозг же сейчас капитулирует!
Губы медленно прошлись от ушка к плечу, и я запрокинула голову, сдаваясь и забывая, что у меня ничего не получается. Сейчас существовали только руки, сжимающие меня и губы, скользящие к ключице.
Когда нежность сменилась страстью — я не скажу даже если начать меня пытать. Просто осознала факт того, что меня вздернули на ноги и подтолкнули к столу, в который я уперлась руками…
— Так что там с архивами и твоей находкой? — Ошалело спросила я, чуть покачиваясь.
Муж же споро натянул на меня штаны и уже начал застегивать пуговки на моей блузке. Как-то нежно поправил воротник и аккуратно заправил выбившуюся из прически прядь за ушко. Вот только толку-то от этого? Прическа явно превратилась во что-то из порядка «я упала с сеновала — тормозила головой», потому что кое-кто, кажется, хватанул меня за волосы. И так он это сделал, что… я бы повторила.
— Хороших материалов от периода Древних войн почти не осталось. Удивительно, что мне это вообще попалось на глаза.
Он закончил и со своей одеждой, глянул на меня скептически, понимая, что мои ноги меня все еще не держат, и легко приподнял, посадив на стол. Сам же устроился рядом.
— Так вот там описывалась важность добровольности отдачи магических и жизненных сил при создании артефакта.
— Жизненных? Погоди! Ты сейчас про жертву говоришь? То есть человек осознанно шел на смерть для создания определенного артефакта?
— Именно. Во времена Древних войн смерть одного могла спасти целый гарнизон или небольшой городок. Главное, чтобы такой артефактор понимал, что он делает и шел на это добровольно. Но эта практика прославила себя среди артефакторов еще до Войн. Для прославленных, но уже проживших свои годы артефакторов было честью вложить остатки своей жизни в артефакт, который бы претендовал на исключительность. Императорская семья и многие древние рода частенько занимались коллекционированием таких артефактов. До сих пор за них идет борьба.
Я же сидела в полном шоке. Ну, вот я тоже артефактор, но представить, что даже приближаясь к старости, я вдруг решу переплавить свою жизнь в какой-нибудь уникальный артефакт? Нет! Это в моей голове пока не укладывается!
— А ты сейчас это к чему вел? Темные артефакты совсем не похожи на те, в которых попахивает добровольностью и осознанностью.
— К тому, что, делая выводы от написанного, становится понятно, что Темные артефакты… слабы.
— Что!? Слабы? Мои артефакты не нанесли ни одного удара! А ты говоришь слабы?
— Я просто озвучил тебе выводы от прочитанного. Насильственная жертва и в подметки не годится жертве добровольной.
Только поднявшееся было настроение снова рухнуло куда-то в Тартарары. Жертва, мать их! Так чего мне пойти побегать по улицам попромывать людям мозги, чтобы они добровольно легли под нож, чтобы я смогла создать защиту!?
— Хлоя…
Но я лишь взмахнула рукой, прося мужа помолчать. Мне нужно перекипеть молча. Перекипеть, и смириться с тем, что я не все способна изменить. Потому что все мои идеи провалились.
— Я ничего не могу сделать, Шан… Все мои попытки…
— Эй… — Он притянул меня к себе и крепко сжал. — Ты спасла жизнь Императору уже дважды, Хлоя. И мне спасла… Да тоже дважды, если учитывать Хершарский лес. А скольким моим людям? Я уже и со счету сбился! А ты говоришь, что ничего не можешь сделать!?
— Я не знаю, как противостоять тем, артефактам, что были у нападающих, Шан. Я даже понятия не имею из какого они были материала!
— Смердело от нее, той перчатки с камнями, про которую ты рассказывала?
— Да, как и от всего, что они использовали.
— Ну, тогда тут и думать нечего. Кожа это.
Я лишь ошалело перевела взгляд на мужа в надежде, что это неправда. Но он только кивнул:
— Кожа жертвы. Видоизмененная магически, но отлично напитанная ритуалом. Плюс и камешки… Но тут надо детально, конечно, их функции изучать. И тебе, а не мне. Я и половину не пойму.
Если закрыть глаза на крики в моей голове от ужаса происходящего, то эти знания мне, в общем-то, ничем не помогут. Ведь, что получается: ну, кожа, ну, напитала ритуалом… Что за ритуал? Что конкретно он дает? Вот-вот! Знаний нет.
— Шан, а где-то можно прочитать про ритуальную артефакторию? В университете про нее лишь упомянули и не дали ничего конкретного.
— Потому что все материалы после Древних войн уничтожили. Понятное дело, что где-то что-то и осталось. И подобной литературой и пользуется наш Темный артефактор, но если я что и найду, то многого тебе это не даст.
— Мне все рано нужно понять, как обезопасить всех от этой… кожи…
