Я не обращал внимания. В данный момент я принимал информацию от Цереры. Она пересылала мне мыслеобразы. Показывала лица всех пришедших. Хорн был единственным мужиком в группе. Остальные были девушки. Все — красотки. Мне уже стало не по себе. Смогу ли я убить их? Не знаю. Но Войд в голове твердил, что, если разумный взял в руки оружие, то у него нет пола. Он враг и на этом всё. Они, когда убивали ребят, точно не думали о марали. Я с ним, конечно же, согласился, но принять эти рассуждения пока не мог. Заглушив в голове терзания, я продолжил получать картинки от арахны. Нужно было дождаться, пока все в доме не лягут спать. И этот момент настал довольно быстро. Я сначала насторожился, не поняв, почему все легли так рано. Но Церера пояснила, что они вернулись с какого-то сложного задания и очень устали. Я принял эту версию, но что-то меня настораживало. Такие люди, как правило, сразу после задания, отмечают его успешное окончание. А тут сразу спать. Хотя, кто я такой, чтобы рассуждать на такие темы. У меня нет такого опыта. Может и я лег бы спать вместо того, чтобы бухать. Тем более, что отметить можно и на следующий день. При Далиле пустотный взгляд я активировать не стал. Из моих оттисков она видела только ауру. Чем я убил мужика, который хотел её зарубить в мясорубке между районами, Далила не приметила. Так же она знает, что я могу делать артефакты и становиться невидимым. На этом, в общем-то, всё. Больше, пока что, я ей ничего демонстрировать не буду. Правда, иногда, хочется поделиться хоть с кем-нибудь. Да, во мне появились зачатки тщеславия, но, всё же, я многого добился своими руками. Войд, подслушав мои мысли, захохотал.
— Ладно, ладно. Ты тоже очень много сделал, но ведь мы одно целое. Не так ли? — попытался успокоить я вселенца.
— Так. Мы с тобой неотделимы друг от друга, поэтому будем считать, что ты шизофреник, а я твоя вторая личность.
— Ну-у, тоже не плохо. Не знал, что быть шизиком, так выгодно.
Как только Церера сообщила мне, что все заснули, я активировал купол и двинулся к дому. Далила следовала за мной.
— А ты куда — спросил я у девушки.
— Буду ждать тебя во дворе дома.
Я не хотел, чтобы Далила увидела больше, чем надо, поэтому был не согласен с её нахождением так близко.
— Нет. Ты будешь мне только мешать.
На лице Далилы проскочила какая-то новая, невиданная мной до этого момента, эмоция, но, почти сразу, девушка расслабилась и кивнула.
— Только я отойду, когда ты попадёшь внутрь двора. Хорошо?
С этим я мог смириться, поэтому согласился.
Приблизившись ко входу во двор, я попросил Далилу последить за дорогой, чтобы никто не увидел, как калитка открывается сама собой. Девушка кивнула и начала крутить головой, осматривая пространство на наличие разумных. Достав кинжал и напитав его маной пустоты, срезал язычок замка. Как только я открыл калитку, в глаза ударила яркая вспышка света. Прикрыл глаза рукой и в этот момент почувствовал, как меня что-то укололо в шею. Обернувшись, я увидел, что Далила держит в руке какую-то иглу. Тут же сознание начало уплывать.
— Извини, но так надо — сказала Далила, а я, перед тем как упасть лицом в землю, отдал команду Церере ничего не предпринимать. Просто следовать за мной. Вряд ли меня убьют. Наверное, опять попытаются продать. Последние действия, которые я успел сделать перед забвением, это убрать браслет, нож и накопитель в кольцо.
Сон
Мне приснился странный сон. Я находился на границе двух миров.
Один окутан густым, почти осязаемым мраком с красными всполохами, где силуэты деревьев скрючены, а в воздухе, шелестящим шёпотом, слышались голоса, но о чем они говорили, я понять не мог.
Второй залит мягким, золотистым светом, будто раннее утро после долгой ночи. Трава шелестит тихой молитвой, а ветер пахнет холодом.
Я посмотрел на свои руки, но не увидел их. Осмотрел себя. Я походил на чёрную кляксу, которая тянула материю из двух миров. Услышав какой-то звук, поднял псевдовзгляд.
Из тьмы первого мира выползали тени — не люди, не звери, а что-то древнее, бесформенное, но бесконечно голодное. Их движения были прерывисты, как старый фильм ужасов, а глаза горели тусклым багровым светом.
Им на встречу из второго мира выходили воины света — в сияющих доспехах, но без лиц, будто их личности не важны. Их мечи светились холодным белым светом, безжизненным, как вспышка мёртвой звезды.
Понимая, что нахожусь в центре чего-то великого, того, что описывают в мифах, я попытался сдвинуться с места, чтобы не попасть в самую гущу сражения, но мне это сделать не удалось. Мой чернильный силуэт был, как будто, приклеен к земле. Армии с двух сторон, не торопясь, приближались ко мне, но их взгляды были направлены друг на друга, будто меня они не замечали. Медленно, смакуя каждый момент, армии становились всё ближе и ближе. В мозгу начала зарождаться паника, как взрыв сверхновой. Я пытался крутиться, подпрыгнуть, упасть, но ничего не выходило.
