Вражеская пуля сразила командира батареи. Командование батареей принял командир взвода гвардии лейтенант Тартаковский. Он оставил у орудий половину номеров и приказал командирам орудий усилить огонь, а сам с группой разведчиков и остальными номерами скрытно вышел во фланг наступавшей фашистской пехоте. Смельчаки открыли огонь из ручного пулемета и из автоматов. Расстреливаемые с фронта из орудий, с фланга – из пулемета и автоматов, гитлеровцы быстро отступили, побросав убитых и раненых. Атака была отбита.
Но на этом враг не успокоился. Через 40 минут, оправившись от первой неудачи и снова получив подкрепление, он возобновил контратаку с еще большей яростью. Вражескую пехоту поддерживал огонь минометов.
Орудия советской батареи переносили огонь с одной группы гитлеровцев на другую, но те упорно лезли вперед, особенно с запада и северо–запада, где не было нашей артиллерии.
Однако наш небольшой отряд продолжал стойко держаться. Группа вражеских автоматчиков подобралась к батарее с левого фланга. Советские артиллеристы повернули левофланговое орудие на 90 градусов и расстреляли эту группу.
Несколько раз, маскируясь кустами, гитлеровцы подходили так близко, что стрельба из пушек становилась бесполезной: осколки своих снарядов могли бы поранить своих же стрелков и орудийные расчеты. Тогда артиллеристы брались за ручной пулемет и за автоматы и подальше отгоняли наседавшего врага, а потом добивали его огнем из орудий.
Но силы были слишком неравны: к гитлеровцам подходили все новые подкрепления; хотя поле перед батареей было усеяно трупами вражеских солдат и офицеров, все новые цепи пьяных фашистов лезли вперед: они старались во что бы то ни стало ворваться в город.
У нашей батареи снаряды были уже на исходе. Приходилось беречь их. Гитлеровцы поняли это и полезли вперед с еще большим упорством. Сдерживать их, не впускать в городок становилось все труднее. В этот момент артиллеристы услышали шум моторов и увидели наши самоходно–артиллерийские установки, которые полным ходом шли на помощь передовому отряду.
Неуязвимые для фашистов благодаря своей прочной броне, наши самоходные орудия быстро вышли в промежуток между двумя вражескими цепями: той, которая наступала с севера., и той, которая наступала с северо–запада, и начали почти в упор расстреливать врагов. Не выдержав этого внезапного удара, гитлеровцы бросились бежать.
Вскоре подошли наши главные силы и окончательно закрепили за собой городок Гросс–Тракенен.
А вот еще один случай.
Наш кавалерийский отряд преследовал гитлеровцев.
Желая замедлить наступление наших войск, вражеский отряд укрепился в селе Фаркашин, расположенном при шоссе, идущем на запад.
Наш отряд, чтобы не задерживаться, стал обходить село, но сильный огонь со стороны противника заставил его развернуться для боя.
Огневая позиция советской батареи была выбрана на склоне холма в двух километрах северо–западнее села, которое было хорошо видно с этого места. Открыв огонь прямой наводкой, батарея быстро уничтожила два вражеских пулемета и два автомобиля, подвозивших боеприпасы. Вслед за этим кавалеристы атаковали гитлеровцев и выбили их из села.
Наша батарея уже снялась с огневой позиции и двинулась к шоссе, где командир батареи предполагал подождать кавалеристов, чтобы продолжать движение на запад; в это время разведчик–наблюдатель, которого командир батареи предусмотрительно выслал вперед, на опушку кустов, сигналами показал, что с запада, движется, навстречу нашему отряду вражеская колонна. Расстояние до нее было невелико, и разведчику удалось сосчитать, что в колонне 9 танков и бронированных самоходных орудий, 2 автомобиля с грузом и рота пехоты.
Командир батареи принял смелое решение. Кустарник, находившийся неподалеку от шоссе, скрывал от гитлеровцев колонну нашей батареи. Вот в этот–то кустарник командир батареи и поставил свои орудия. Маскируясь кустами, артиллеристы подготовились к бою и стали поджидать приближения гитлеровцев. О своем решении командир батареи донес командиру кавалерийского отряда, который еще не успел выступить из села Фаркашин.
Гитлеровцы не замечали замаскированную в кустах батарею и спокойно продолжали движение. Когда они подошли совсем близко, командир батареи подал команду открыть огонь. Первым выстрелило орудие Героя Советского Союза старшего сержанта Прозорова и сразу же подбило вражеский танк, а следующим выстрелом – другой. Тем временем другие орудия разбили два вражеских автомобиля. Один из них оказался с горючим, другой – с боеприпасами. Оба загорелись. Гитлеровская пехота бросилась врассыпную, а танки стали отходить задним ходом, чтобы не подставлять под выстрелы советских орудий бортовую или кормовую броню, которая много слабее, чем лобовая.
