Он спускался вниз по улице. Люди, поднимающиеся навстречу небрежными, развалистыми шагами, казалось исчезали, испарялись на глазах. «Как будто они хотят убежать, спрятаться поскорее друг от друга. Где же Баку моего детства?» – думал Заур. «Где мороженое «Пломбир»? Почему люди больше не смеются? Почему улицы стали темными и грязными? Почему все уничтожают, сравнивают с землей?». Побывав в своей старой школе, он понял, что нет ничего лучше вечного детства, ребенка, который никогда не будет взрослым. Он понял, что они с Артушем лишили друг друга этого детства и повзрослели раньше остальных своих сверстников.
***
Родителей дома не было. Сей факт чуть поднял настроение Заура, для которого даже недолгое одиночество было сейчас подарком. Впереди его еще ждало, если вариант с Борисом, конечно, выгорит, довольно хлопотное дело - получение родительского разрешения на поездку в Ереван, а в случае неудачи – самовольный отъезд. Разговор о Ереване наверняка не обойдется без нескольких обмороков матери и повышения сахара в отцовской крови. Но все это не важно, сбить Заура с пути теперь было не возможно.
Заур зашел в свою комнату, переоделся. Подошел к старому комоду, на котором были расставлены в ряд шесть рамок с фотографиями. На одной – он с Артушем на школьном дворе - их последний снимок. Заур погладил изображение. «Как эти рамки ограничивают нас… и тебя, и меня… Мы не должны томиться в них как в тюрьме, терпеть и подчиняться системе». Он положил рамку обратно на комод и впервые за день, улыбнулся. «Меня не остановит ни одна война, ни один конфликт. Не буду больше искать утешений в картинках. Мы встретимся. Обязательно встретимся!».
Вернулась надежда на счастливое будущее, он снова успокоился, поверил в себя.
Со двора послышался звонкий, то ли мужской, то ли женский голос.
- Стаканы, стаканы… блюдца, блюдца... Хочешь, бей об стены, не бьются, не бьются.
Заур выглянул в окно. Это был молодой человек. Он стоял между двух, заполненных до отказа плетеных корзин и, бросая стакан об бетонную стену, повторял:
- Бей об камни, стой на них, не сломаешь, не повредишь.
Заметив зрителей на балконах и в окнах, парень поставил стакан на землю и начал бить его ногами. В самом деле, стакан не ломался. Правда, сколько бы парень не старался, охотников купить его товар не находилось. Еще немного и он, резко замолчав, подошел к корзине. Покачав головой, взял свою тяжелую ношу и поплелся вон со двора. Теперь его голос звучал вдалеке.
- Стаканы, стаканы… блюдца, блюдца... Хочешь, бей об стены, не бьются, не бьются…
Заур стоял посреди комнаты, размышляя, чем бы заняться, в конце концов, решил скоротать время в интернете. В почте было восемь новых писем, и одно из них… от Бориса Навасардяна. От внезапно навалившейся неописуемой радости он невольно обхватил голову обеими руками.
Борис писал, что приглашает Заура на мероприятие, но тот должен подготовить двух-трехстраничный доклад.
«Уверен, что Ваше участие на конференции будет очень плодотворным и полезным. С организацией господина Акифа Таги у нас и до этого были проекты, и мы будем рады сотрудничать с рекомендованным им лицом. Прошу переслать мне доклад, посвященный теме нашей конференции «Азербайджан-Армения-Грузия-Турция. Четырехсторонние отношения. Реальность и перспективы». Также пришлите мне свои паспортные данные. Так как конференция пройдет с 7 по 10 июля, то вы должны быть в Ереване уже 6-го. Вам надо приехать в Тбилиси, оттуда в Садахло (2), на армяно-грузинскую границу. Вас там встретят. Все дорожные расходы будут компенсированы Вам полностью…»
Заур немедля отправил Борису паспортные данные, приписав, что доклад пришлет через два-три дня и, в поисках Артуша, зашел в MSN. Увидев, что Артуш в «оффлайне», собирался было написать ему письмо, но тут в окошке программы человечек с надписью «Артуш» зажегся зеленым цветом. Обрадованный Заур мигом одел наушники и поднес губы к микрофону.
- Ало.
Голос Артуша прерывался.
- Привет, Заур. Я давно тут. Проголодался, отошел перекусить. Как дела?
- Все нормально. Заходил в школу. Включи камеру.
Через мгновение Артуш появился на экране. Он улыбался.
- Ты дома один? - спросил Артуш.
- Да. Наши ушли куда-то.
- В школу, говоришь, ходил. В нашу, «Вторую»?
- Именно.
Артуш подпер подбородок кулаками, приблизил лицо вплотную к экрану и небрежно спросил:
- И как?
Заур не знал, что ответить.
- Что «и как?»
- Школа. Что ты там делал?
- Да так, ничего… Вспоминал прошлое. Помнишь наш старый чинар? Посидел под ним немного. Потом зашел в наш класс, посидел за нашей партой.
Лицо Артуша не выражало никаких эмоций:
- Хорошо.
- Кажется тебе это неинтересно.
- Почему же? Ты - мое единственное воспоминание о той школе. А теперь мы видим друг друга почти каждый день. Когда начался конфликт, нам там пришлось не сладко. Я ничего не могу чувствовать - ни любить эту школу, ни ненавидеть. Извини, для меня это уже не важно.
Заур покачал головой:
- Ты прав. Не буду с тобой спорить. Давай я лучше обрадую тебя другой новостью.
У Артуша от нетерпения засверкали глаза.
- С этого и надо было начинать. Говори же!
