— Нет-нет, я все-все написала про него. И про экспедицию. И передала на Землю письмо с чужим хоганом. В первый же месяц жизни здесь. Люди сказали, что так будет правильно. Так что его, наверное, арестовали. Или он бежал и не смог вернуться к визитнице. Но это ничего не меняет. Я осталась одна из всей экспедиции. А в их секте еще могут быть другие люди. И если я буду жить на Земле, они меня найдут.
— Подожди. Я знаю… Помню… Пойдем в Аквадом! Сейчас же! Я тебе такое покажу! — вдруг оживилась Лиз.
Ее глаза так разгорелись, что, казалось, в них отражается не луна, а солнце. Она подхватила Алони за руку, помогая подняться. Заинтересованная Магда поспешила за ними.
— Ох, мне все равно страшно. Можно я буду держаться за вас?
Алони ухватила Лиз за одну руку, Магду — за другую. И так, чуть боком, словно три танцующих лебедя, они пошли по узенькой тропинке.
— Я боюсь идти в Аквадом. Он же на реке? Вы меня будете держать, чтобы я не упала?
— Да. Но чего ты боишься?
— Я вообще тут боюсь идти… и везде… вокруг… чувствую опасность… И еще я не умею плавать. Совсем. Боюсь воды.
— Мы с тобой, не бойся, у нас хороший лагерь и доброжелательные люди. Но как же ты приплыла сюда на плоте?
— Я знала, что он надежный. И что не нужно подходить к краю. И очень хотела помочь Ваади… Вадиму, но я думала, что Ваади…
— А ты рассказывала ему эту историю? — спросила Лиз.
— Да, рассказывала. Когда он там лежал… парализованный. Без надежды вернуться. У нас в лагере уже не осталось людей, которые помнят, как я прибыла в первый раз. Тогда я тоже рассказывала, но потом перестала. У всех свои судьбы и свои истории. Слушать интереснее… Но ему рассказала. Ему это нужно. Он должен был верить… И у него получилось. Надеюсь, я помогла ему?
— Скорее всего, да. Люди должны понимать, что страшные происшествия бывают не только с ними. Нужно верить в то, что все будет хорошо.
Девушки уже подошли к пирсу. Лиз пошла впереди, ведя за руку Алони, которая двигаясь боком, словно боясь упасть. Сзади, страхуя ее, отправилась Магда.
Внезапно из темноты что-то вылетело и попало в спину Алони, которая, ахнув, выпустила руку Лиз и полетела вниз, в воду. Магда промедлила не более секунды.
— Беги за помощью, — крикнула она и прыгнула в воду.
Лиз разрывалась, не зная, что делать. Склонилась над водой, пытаясь разглядеть что происходит. Потом поняла, что действительно лучше позвать людей и кинулась к шлюзу в Аквадом.
Через минуту на пирсе и на берегу уже было десяток человек. Они помогли Магде вытащить из воды Алони, которая была без сознания. На помощь уже спешил Игнат — кто-то успел его позвать из лазарета, находящегося в дальнем конце Аквадома.
Закатное солнце «поджарило» Вадима до потери сознания. Очнувшись, он понял, что его страховка выдержала, что он до сих пор жив, только пить хотелось страшно. Тело совершенно затекло и не повиновалось. Попытка шевельнуться, откликалась резкой болью в мышцах.
«Сначала дыхание, потом шевели пальцами ног и рук, постепенно приведешь себя в норму», — уговаривал он себя.
Поначалу ничего не получалось, даже глубокий вздох сделать не удавалось. Вадим поводил глазами вправо-влево, затем покачал немного головой, буквально на несколько миллиметров. Он приводил себя в порядок едва ли не в течение часа. Чай был допит еще днем, и Вадим выбросил термос. Теперь он об этом жалел, можно было бы пожевать влажную заварку. Но бутылочку с остатками воды Вадим сохранил — он понимал, что если не оставит хотя бы несколько глотков, вниз спуститься не сможет. И вот теперь первый глоток. Совсем маленький, несколько капель. Пауза. Еще насколько капель. Спекшиеся губы ответили болью и счастьем.
Вскоре вернулась возможность поворачиваться, дотягиваться до растяжек и перецеплять карабины. Френды оставил там, где их зацепил. И потихоньку начал спускаться.
Ощутив под ногами камешки и траву, он сел и счастливо рассмеялся. Получилось!
Разделся и искупался в реке. Развел костер, немного обогрелся. И побрел по берегу. На стоянке он оставил один из кувшинчиков, слепленный, как и его шлем, из осколков панциря холли и смолы. В нем можно было бы вскипятить воду. Но для этого нужно было подниматься вверх, а потом снова карабкаться по скалам до своей базы. Поэтому Вадим лишь тяжело вздохнул и пошел дальше — нужно к утру успеть вернуться «домой», поесть и, если получится, преодолеть хотя бы часть пути до лагеря. Может быть удастся добраться до него еще до восхода солнца.
Подходя к месту, где Вадим встретил Телига и Баффа, он еще издалека увидел отблески костра. Не может быть! Неужели кто-то решил навестить изгнанника? И Вадим ускорил шаг.
Вскоре он услышал заливистый смех Телига. На душе стало так хорошо, как не было с момента его прибытия на Арзюри. Да, в прошлый раз, он был рад, но радостью удивления. А сейчас словно какие-то скобы слетели с души, он почувствовал легкость и упоение полнотой жизни.
— Эгей! Кто тревожит покой изгнанника? — окликнул он.
— А! Вот он! Явился не запылился! Тоже мне, хозяин! Бродит где-то, а гости скучают!
