— Думаю… — неуверенно начал он, покачал головой и прошелся по комнате. Внезапно остановился и направился прямо к ней. Кажется, я окончательно тронулся умом — Думаю, что и ты… — он запнулся, пытаясь подобрать нужные слова. Взгляд его блуждал по ее лицу и не раз останавливался на розовых, полуоткрытых губах. Будь ты проклята, Грейнджер, за то, что так целуешься! — Думаю, ты тоже могла бы мне понравиться, Гермиона.
От его слов у той перехватило дыхание.
— И что нам?.. — начала было она, но Драко приложил к ее губам палец.
— Никаких вопросов, — прошептал он, пожирая взглядом ее вспыхнувшее лицо. Рука Малфоя очертила абрис ее подбородка и нежно скользнула по щеке.
— Всё потом, — негромко сказал он, наклоняясь вперед. — А сейчас…
Останови меня, Грейнджер, оттолкни! Пока не поздно, пока не случилось непоправимое! Дыхание Гермионы снова сбилось, и вместо того, чтобы оттолкнуть Драко, она потянулась к нему и коснулась губами его губ. Малфой ощутил под пальцами шелковистость ее локона и это оказалось подстегнуло его еще больше. Все то, к чему он сегодня мысленно возвращался не один раз, вдруг ожило и превратилась из призрачного воспоминания в обжигающую реальность. С замиранием сердца он прижал к своей груди трепещущую девушку и, закрыв глаза, позволил себе отпустить все тревоги и сомнения. Едва ли не впервые в жизни.
Этот поцелуй оказался таким же сладким, как и первый, но только в этот раз оба они шли к нему осознанно и, казалось, задавали друг другу безмолвные вопросы: «Этого ли я хочу?», «Нормально ли это?», «А, может, я ошибаюсь?» Но прошло несколько минут перед тем как оба они неохотно оторвались друг от друга, и Гермиона пытливо уставилась на Драко. «Есть вопросы, на которые мне не хотелось бы отвечать», — мрачно подумал Малфой, наблюдая как порозовевшая Грейнджер вдруг решительно кивнула и проговорила:
— Отрицать больше невозможно — между нами действительно что-то есть. И я хочу спросить, что мы будем теперь делать?
Деловитый тон, каким это было сказано, подействовал на Драко как ушат холодной воды. Глаза и щеки Гермионы все еще горели, но это был единственный признак того, что еще минуту назад она пылко отвечала на его страстные поцелуи.
— Что ты имеешь в виду?
Гермиона бросила на него раздраженный взгляд, который он не раз замечал направленным на Поттера и Уизли, и это его немного покоробило.
— Я имею в виду, что мы будем делать, когда проснемся? Ты же не собираешься снова изводить меня, как и раньше? Называть «грязнокровкой» и прочими обидными словечками? Хотя… Даже если ты снова станешь язвить и плеваться ядом, я все равно буду знать, что это неправда.
Драко закатил глаза. Она, что, думает, я продолжу эти розовые сопли, когда мы проснемся? Вот еще! Была нужда! Хотя, вообще-то было бы довольно интересно узнать — каково это, целовать ее в настоящем мире, а не только во сне. Все так запутанно… Или это я запутался?..
— Не думаю, что нас можно назвать друзьями, Гермиона. И, кроме того, не факт, что мы вспомним о событиях этого мира, когда проснемся, — сказал он и мысленно добавил: «Во всяком случае, я очень на это надеюсь».
Лицо Гермионы слегка вытянулось:
— Об этом я как-то не подумала.
Драко самодовольно ухмыльнулся.
— Но что, если мы будем помнить о том, что здесь происходило? Что, в таком случае, будешь делать ты? Ведь я… Вряд ли теперь я смогу ненавидеть тебя так же, как и раньше.
Драко нахмурился: — «До чего же она настырная все-таки! А, впрочем, почему нет? Конечно, ей интересно узнать, во что выльются эти поцелуи. Раз уж даже мне это интересно».
— Я тоже не смогу, Гермиона, — задумчиво проговорил он, но, увидев, какой радостью озарилось ее лицо, быстро добавил:
— Но это не означает, что я начну перешептываться с тобой в библиотеке или приглашать тебя в Хогсмид как, как…
— Свою девушку? — подсказала Гермиона.
Драко пристально посмотрел на нее. Именно. Только потому, что я два раза тебя поцеловал и нахожу, что у тебя красивые глаза, вовсе не обязательно думать, что мы должны быть вместе.
— Ну да. Не уверен, что те отношения, какие у нас были на протяжении последних пяти лет, способны измениться по щелчку, — предупредил он, но, к его ужасу, она только рассмеялась:
— И ты абсолютно прав, Драко. В каком бы восторге я ни была от наших поцелуев, быть твоей девушкой я тоже совершенно не готова, — Гермиона хихикнула еще раз, отвернулась и так стремительно бросилась на кровать, что ее волосы в беспорядке рассыпались по подушке. Как, черт возьми, это случилось? Мы, что, действительно обсуждаем с Грейнджер возможность пойти куда-нибудь вместе?! Малфой фыркнул и тут до него дошло, что именно она сейчас сказала.
— Погоди, выходит, тебе понравились наши поцелуи?
Гермиона покраснела.
— Можно подумать, тебе они не понравились, — лукаво сказала она, стараясь не встречаться с ним взглядом. По губам Драко скользнула мимолетная улыбка. «Согласен», — подумал он и опустился в ближайшее кресло.
