Вот почему я держу обещание близняшкам столь сильно. Будь у людей враг адекватный, и со своими причинами, я бы вряд-ли так долго смог защищать бывших собратьев по расе. Но эти твари… Они заслуживают уничтожения на корню, вне зависимости от их угрозы людям.
Чуть сжав руку, я отпустил уже бездыханное тело на пол.
И этот момент выбрали гуманодные Мерзости, чтобы выскочить из трёх ведущих в столовую проходов.
— Вы, ребятки, умудрились вывести меня из себя… — злобно усмехнулся я, взмахивая клинками что есть мочи, и вминая всех выскочивших тварей в стены.
Упавшая на лицо прядь волосы сама собой окрасилась в бирюзовый цвет. В точно такой же, какой сейчас ветряными потоками начал окружать меня и окружающее пространство, заодно поднимая в воздух окружающие предметы.
Смяв металл под ногами, я тут же подорвался в сторону к уже полумёртвым Мерзостям.
Да начнётся резня.
В то же время.
Валя Бурикова. Где-то в Сибири.
Девочка пряталась.
Но в этот раз даже не от людей в белых халатах, которые всегда знали где каждая из них.
И даже не от монстров, что явились за взрослыми в белых халатах, и растерзали те прямо на глазах Вали, едва не грохнувшихся в обморок как многие другие… Испытуемые.
Их звали всегда именно так. Несмотря на то, что когда-то у Буриковой была семья, имя и родители, её называли номером четыреста сорок шесть. И очень недовольны были, когда дочка каких-то там непонятных ей предателей Партии вспоминала про своё настоящее имя. Нет, её не били за это, не ругали… Просто проводили больше этих непонятных действий в непонятных штуках, от которых тело ломило и болело при каждом движении.
Впрочем даже без этого многочисленные уколы вообще не доставляли Вале и окружавшим её иным сверстникам настроения.
Но это последнее, о чём они заботились, когда их забрали из домов. Саму девочку, насколько она помнила, взяли из дома прямо во время ужина. С тех пор она родителей так и не видела, а на вопросы её не отвечали.
Это всё было страшно, ужасно и крайне неприятно, но ничего поделать со своим положением она не могла. Те бойкие мальчишки, которые пытались, получали дубинками и отправлялись в отдельные камеры куда-то… Куда-то.
И ладно даже монстры, она была им почти благодарна за то, что те избавили их от мучителей… Но когда почти все её друзья внезапно разозлились и начали выбегать в коридоры из их укрытий, но попадали лишь под очень странные и длинные ножи какого-то заляпанного кровью человека в бело-синей странной одежде — вот это было страшно.
Вот Ваня, который всегда помогал ей отбиваться от нескольких более крупных ребят, оказывается разрезан пополам, вызывая у навидавшейся весьма многого девочки кратковременный ступор… Который не успел прекратиться, как набросившаяся на мужчину с длинными железками Маша-простуша, бывшая подругой Вали… Оказывается лишена головы, последняя из которой катится по полу.
— Тц-тц… Проблемно… — проговорил на чистейшем русском неизвестный, лишь каким-то чудом не заметив забившуюся под свою кровать в камере девочку.
Нет… Нет… Он тоже её убьёт. Он не должен её видеть!
Нет-нет-нет!
«Он убьёт тебя… Ты умрёшь.» — внезапно раздался в её ушах голос матери, чьё тёплое дыхание она почувствовала буквально всем телом.
— Ма… Ма? — ошарашенно, а оттого очень тихо пробормотала девушка.
«Да… Это я… Ты ведь слушаешь меня, Валя?» — будто наяву увидела мягкое лицо полненькой женщины девочка, мелко задрожав всем телом.
— Да… Слушаю тебя, мама… — обрадованная этой необычной встречей с родительницей, зажглась глазами Бурикова.
«Ты… Должна жить… Так говорит мама… А маму надо слушать, верно?» — смутное лицо матери внезапно улыбнулось, тепло посмотрев на девочку.
— Да… Маму нужно слушать… — эхом отозвалась бывшая испытуемая четыреста сорок шесть.
«Тогда… Ты должна меня послушать… Принять мою силу… Ты сможешь вернуть друзей… Вернуть всех… Наказать… Наказать убийц твоих друзей…» — продолжала говорить её мать, а Бурикова лишь зачарованно глядела на пол под своей кроватью.
— Принять силу… Как? — с детской непосредственностью в голосе, спросила девочка.
«Ты должна не двигаться и просто ждать… Может быть немного горячо, словно ты приближаешь ладони к огню в холодную сибирскую ночь… Это скроет тебя от того человека, лишившего тебя друзей… Но ты их вернёшь… Вернёшь…» — чуть улыбнувшись ей своим лицом, заставила расслабиться Валю мать.
— Да, мама… Хорошо… Я сделаю всё как ты сказала… Ведь маму нужно слушаться. — как зачарованная пробормотала девочка, глупо улыбнувшись.
Наконец-то у неё всё налаживается и становится хорошим. Скоро, скоро она всех вернёт… Всех…*
Около часа спустя.
Винлин.
Зачистив наконец базу от всех Мерзостей и от накидывающихся на меня аки берсерки детей, я поспешил покинуть это место.