— Лисюэ? — поймал я расфокусированный взгляд дочки. — В порядке?
— Д-да… Просто немного голова кружится… — пробормотала она, но уже самостоятельно держась на ногах.
— Тогда помоги нам начертить руны…
Потратив около получаса на черчение магических символов, мы присели в центре места, теперь напоминающего землю куда недавно бил Биврёст.
…Как только мы все сели в позы лотоса, и попытались сонастроиться с космической силой, заключённой в останках… Как всегда произошло неожиданное.
Мертвец оказался не совсем мертвецом.
Ничтожно маленький миг, за который даже сердце аса не успевает сделать удар, и вот мы оказываемся неизвестно где.
Пред нами предстала галактика… С большой вероятностью, наша.
Мы смотрели на неё сверху вниз, и… Это зрелище нельзя описать ни мыслями, ни словами. Это зрелище, не доступное никому кроме горстки космических Сущностей и Богов.
Переплетающиеся звёзды, становящиеся ещё более яркими в центре.
Млечный Путь действительно оказался таким, каким представляли его учёные… Но в сотню раз красивее и великолепнее…
Любование, которое вполне могло затянуться на целые месяцы, прервало ощущение чьего-то взгляда, словно оглядевшего каждую клеточку наших тел, каждый атом из которых они состоят.
Целестиал не появился перед нами аватарой, подобно Мировому Древу. Ему это было незачем, ведь свой облик до смерти отпечатался перед моими глазами столь же отчетливо, словно лицо Хуа, словно я его видел тысячи лет.
— Г-где мы?.. — чувствуя как в горле пересохло, откровенно жалобно выдавил я из себя. Но увы, иначе мой голос отказывался говорить, ведь я всем своим нутром ощущал, Кто передо мной. Чей взгляд буравил всю мою семью, и кто нас… Оценивал.
— Мы… — я тяжело вздохнул, хотя очевидно, в этом пространстве не было атмосферы, кое-как выдавливая из себя слова. — Прибыли к Мировому Древу. Узнать, почему наша дочь взрослеет слишком быстро для наших видов.
Раздавшийся Иггдрасиля тоже исходил со всех сторон, а может быть лишь был плодом моих мыслей. Кто знает этих космических созданий?..
Тут же я понял, что это он говорит таким образом только ради нас, ведь сущности такого порядка могут общаться не столь примитивным способом.
Bнезапно представшая перед нашими взглядами галактика… Запылала. Мимо неё пронеслась невообразимо чудовищных размеров Огненная Птица.
Мы сразу же ощутили, что эта битва вышла далеко за пределы физики и магии, и стала происходить комплексно, одновременно на множестве слоях бытия и в абстрактных масштабах, которые мы даже осознать не способны. Огненные вспышки наносились при помощи воплощённых противоречий, возможностей и невозможностей, будущее начало сражение с воплощением Жизни, даже временные линии сжигались пламенем последней…
На фоне этого о простых визуальных последствиях даже думать стыдно.
Планеты, звёзды, целые скопления сжигались дотла. Особо мощные атаки, от понимания которых я рефлекторно себя останавливал, ибо это может привести к не самым лучшим последствиям, поджигали и аннигилировали даже галактики, не щадя даже Чёрные Дыры.
А они ведь практически неуничтожимые проходы в Тёмное Измерение!
Битва гигантской птицы и маленького бога в доспехах, Жизни и Сотворения продолжалась эоны лет, и вместе с тем, манипулируя сами противоречиями, не продолжилась дольше мгновения.
Тем не менее, впервые изменившаяся после большого взрыва и некой Войны в Небесах вселенная устаканилась, а результат был ничтожен. Пожертвовав своей жизнью и сутью, Архтон смог навечно оторвать одно из бесчисленных перьев Феникса.