Оглядев наручники, в которые меня по ходу дела заковали, я принялся с расслабленным выражением лица… Пялиться в стенку, не шевелясь.
Из такой позиции я могу лишь одним глазом наблюдать реакцию людей за стеклом, но взамен создам в их сознании странность собственного поведения и запутаю ещё больше, хе-хе.
Там же. Тогда же. Комната для наблюдений.
— И что мы о нём нашли? — обратился директор к подчинённым, не отрывая взгляд от сидящей за бронированным стеклом фигуры.
Совсем молодой мужчина лет двадцати с хвостиком, хотя, учитывая его внешность — ему может быть и больше лет. Тем не менее, для Фьюри был странным тот момент, что испытателем костюма является столь молодой человек, которому впору играть в фильмах или иным способом торговать своим лицом. Как, собственно, и его ещё более молодой спутнице.
В то, что перед ним и есть изобретатель, подобный Старку — мужчина не верил. В нормальной организации, где слышали об адекватности, изобретателя подобной вещи ни за что не пустят испытывать её самолично. Это Старк может такое вытворять, будучи главой своей компании… Теперь уже мужем главы, но это сути дела не меняет.
Этот же… Не был бизнесменом. Все крупные компании мира Щ.И.Т. всегда держал на карандаше и прекрасно знал, что там да как происходит. Пользуясь опытом со Старком, они в первую очередь пробили их внешность по корпорациям, но никого из них там не обнаружили… Даже среди внештатных сотрудников, которых скрывают от общественности и конкурентов.
— Винлин Ватсон. — начал агент Колсон, получив папку от одного из агентов. — Двадцать два года. Женат на сидящей в соседней допросной Хуа Ватсон. Имеет дочь, Лисюэ Ватсон. Обучался… Вот здесь начинаются странности, директор. Боюсь, я не понимаю, как такое личное дело вообще может существовать. Это даже бюрократической ошибкой быть не может.
— Хм-м… — приняв папку, принялся лично вчитываться Фьюри.
И впрямь… Перед ними был человек-призрак. Имеющий по сути только семейный статус, обучение на дому, и идеально сданные аттестационной комиссии экзамены. Родители неизвестны, иные родственники тоже. Якобы выходец из приюта-перераспределителя, из которого его якобы никто не забрал.
Поданные дополнительно запросы показали, что в приюте этом никто его никогда не видел, как и аттестационная комиссия, которая впервые слышит про такого ученика.
Все, абсолютно все данные говорили, что в реальной жизни в США этого человека вовсе не существовало, а вся информация подделана… И подделана топорно. Но при этом никто и не подумал проверить её или начать исправлять! По какой-то причине всю электронную систему Соединённых Штатов полностью устраивал такой призрак и никакой странности программы не видели.
— Однако… Что-ж. Передайте это на анализ наших специалистов. А пока они будут выяснять каким образом были взломаны системы, мы посмотрим, насколько будет эффективен личный допрос. Агент Купер, Агент Вилльямс. — наградил Ник взглядом двух вытянувшихся по струнке молодых агентов. — Для начала мягкий допрос, протокол «14-5», если не поможет, через несколько дней перейдём к «16-2».
— Есть, сэр!
Вскоре Колсон и Фьюри наблюдали за тем, как агенты входят в помещении, где казалось бы, сидел абсолютно недвижимый обладатель крайне редкого имени, встречающегося только в Китае.
Как только дверь открылась, Ватсон наконец сдвинулся с места, направив взгляд необычайно ярких для человека бирюзовых радужек сначала на стекло, а затем на вошедших мужчину и женщину.
— Приветствуем вас, мистер Ватсон. — начала Вилльямс, начиная отыгровку своей роли. Протокол под номером четырнадцать-пять представлял из себя модифицированную версию хорошего и плохого копа. И вместе с тем — наиболее стандартную, подходящую под любой психотип человека.
Обычно используется, естественно, более специализированная версия, однако по личному делу этого призрака понять его личностные черты решительно невозможно.
Тем временем Купер лишь сухо кивнул, всем своим лицом показывая невысокую благодушность к сидящему напротив него подозреваемому.
— Ну… Раз уж вы так вежливо… Давайте пройдёмся по цели моего здесь нахождения. Я гражданин США и всё такое… Адвоката мне запрашивать, или сами сообразите? — не изменяя своего расслабленного положения, и показывая что все психологические меры воздействия во время доставки сюда — не сработали, преспокойным и даже скучающим тоном проговорил мужчина.
— Какого тебе ещё адвоката? Тебя видели все камеры Нью-Йорка. Ущерб причинён на миллионы, а то и миллиарды долларов. — начал Купер не слишком агрессивным, но весьма напористым тоном.
Сразу же играть в плохого и хорошего нельзя, велик шанс раскрытия достаточно умным или осведомлённым человеком. Следует сначала вовлечь в диалог, а только потом, исходя из реакций, максимально реалистично повышать или понижать агрессивность плохого копа.