— Есть два кандидата. — вытирая клинок об труп, принялась просвещать нас Христ. — Ксин Гибельный и Дэшэн Омерзительный.
Слыша эти прозвища я едва сдерживался, чтобы не заржать. Всё-таки у асов и ванов страсть к подобным прозвищам для своих врагов. Но, надо отметить, они хотя бы точно охарактеризовывают навыки. Первый — специалист на ядовитых дымах и прочем подобном колдовстве, второй мастер в изменении собственной плоти… Что внешним видом очень напоминает какого-то нурглита из Молота Войны.
— Второй. — подала голос Тёгн. Этому намного проще сбежать из Дома Цепей. — Когда мы его захватывали, он трижды почти сбегал.
— Может быть, может быть… — словно эхом повторила сама за собой Христ. — Но про второго тоже не забываем. Идём дальше… Несмотря на риск. — характерный взгляд в нашу сторону. — Придётся попытаться захватить его сейчас, иначе сбежит. Эйр, выдай всем зелья против изменения плоти.
— Один момент…
На вкус эта зеленоватая бурда была отвратительна, но я справился. Хуа тоже недовольно скривилась, а вот валькирии вообще в лицах не поменялись.
— Привыкните~. Будем пить каждый час, эффект недолговечен. — явно наслаждаясь нашими лицами, ошарашила нас Эйр.
— Заканчиваем. — вновь принесла субординацию одноглазая. — И выступаем. Формация — та же.
Что-ж… Я нагло совру, если скажу, что во мне не проснулся азарт. Поимка злобного колдуна будет просто прекрасной частью первой главы моего героического эпоса. А смертельная опасность…
Это всего лишь неизбежный побочный эффект всех подвигов, тем более у богов викингов.
Продвижение вглубь подземелий ознаменовалось встречей с новыми противниками, которых на нашем пути стало попадаться немало.
Первыми и самыми частыми из них были свартальфахеймские пёсики — галгофы. Размером с взрослого льва, они могли рвать Царей Природы на Земле как драных кошек. Больно внушительный у них когтисто-зубастый арсенал.
Выдающейся прочностью они не выделялись и мечи их прекрасно рубили… Но их было много, а в отличии от валькирий, мы не были экипированы в броню. Так что приходилось учитывать движения сразу нескольких тварей, дабы не получать лишний раз порезы.
Лечебные силы Эйр тоже не бесконечны, а впереди нас ждёт не самый слабый колдун. Который, похоже, решил воскресить всю фауну мира тёмных эльфов.
— Суртуров предатель-экспериментатор. — ворчала рядом с нами Гейр, чья верность Всеотцу напоминала мне в ней какую-то сороритку из вахи.
…Что-то часто я начал её поминать. Не к добру это, ой как не к добру.
Следующими нам попались гораздо более опасные враги, которых в одиночку я уже выносить не мог, приходилось тянуть время, пока валькирии не расправятся со своими… В конце-концов, четырёхрукие сигмары были одними из высших хищников мертвых пустошей и подземелий планеты тёмных эльфов.
Эти прямоходящие псы доставили мне немало незабываемых впечатлений, пытаясь схватить своими огромными лапищами. Ими твари пытались ухватить за плечи или голову, одновременно пытаясь всадить острые ногти-когти малых рук в торс.
К тому же в отличии от своих четырёхлапых дальних сородичей, интеллект у них был на уровне крайне умной собаки.
Да и командная работа у них была получше — они хотя бы не так часто мешались друг другу.
…Но как бы не был страшен их внешний вид, для валькирий они были всё тем же мясом, просто чуть более живучим. Тысячелетия опыта не пропьёшь… Я даже несколько восхищался мастерством их движений, которыми они в капусту рубили тварей, каждая из которых разорвала бы взвод спецназа чисто за счёт физических характеристик.
— Ха-а-а! — моя соученица каким-то образом смогла вплотную пробраться к одной из тварей, лишившейся половины рук, и прописала смачный хук левой прямо в торс.
Охреневшая от такого подарочка тварюга выпучила красные глазёнки, упав на землю, где и была добита перерубанием головы.
Вот один из сигмаров избежал смерти от рук Христ, переключившейся на более крупную особь, может даже вожака.
Резко подскакиваю к нему, сразу же начиная работать обеими клинками. Активно двигая торсом с ногами, лишаю усталого противника сначала здоровенных лапищ, а потом точно выверенным ударом с разворотом на месте пропарываю шею, заставляя того оставшейся малой рукой пытаться дотянуться до раны.
С некоторым мстительным удовольствием отмечаю, что у него ничего не выходит. Длины не хватает.
Пригибаюсь, пропуская над собой прыгнувшего галгофа, и пропарываю тому брюхо в полёте выставоленным вверх мечом. Получилось эффектно, хоть меня и несколько забрызгало темноватой кровью. Благо не ядовитой.
Замечаю ещё парочку четырёхлапых тварей, кругами ходящих вокруг основного места битвы и устремляюсь к ним.
Резко дёргаюсь вправа, избегая очередного прыжка (ничему не учатся!) и левым клинком пропарываю бок галгофа, после чего кидаю правый в попытавшуюся слинять вторую особь. Вошёл прямо между булок, хе-хе. Добиваю полумёртвое создание и подбегаю за кинутым клинком, заодно обрывая страдания второй животинки.
— С этими разобрались. — удовлетворённо произносит Христ, оглядывая всех нас.