Впрочем… Плевать. Сами полезли со своими граблями на беззащитную девушку. Она таковой, конечно же, не является… Но с точки зрения человека, тем более древнего — тростинка тростинкой, и попытка заломать такую, ну-у-у… Откровенная трусость. Поэтому я тут же махнул рукой на них и забил. После чего ускорился и напинал уже своим, подойдя к…
Тьфу ты.
Не всегда обострённые чувства хороши. Особенно когда человек ссыт себе в штаны.
— Скажу один раз, смертный ссыкун. — с ярко выраженным в позе, жестах и тоне презрением, начал я. — Не лезь к бессмертным. Мы вне вашего понимания. — сейчас бы ещё взмахнуть плащом и пафосно удалиться, но чего нет, того нет.
Оставив местных с нетипичными для них широко распахнутыми глазищами, мы беспрепятственно покинули город. Похоже, местный мэр или кто он там, решил более не рисковать своими бойцами. Умно… И всё же мне кажется, что мы что-то забыли..
Сянь Се Цзэсянь.
Начальник уезда изволил пребывать в совершеннейшем гневе.
Последствиями не самого приятного настроения сорокалетнего человека были несколько отрубленных голов евнухов, посоветовавших ему схватить неизвестных гостей его территории, его города.
— Я спрашиваю у тебя последний раз, главный евнух. Ты долго служил мне и моему отцу, и только в счёт этого ты ещё живёшь! — рявкнул мужчина, заставив вздрогнуть лежащих вокруг женщин из борделя одной уважаемой мадам, чью деятельность Се и покрывает. И пока что её советы только возвышали его, несмотря на то, что она была женщиной.
В отличии от этих недомужей!
Так может ему лучше слушаться женщин, нежели евнухов, раз различия не так велики? Это стоило обдумать на досуге…
— Ну! — поторопил дальний родственник хоу[4] окрестных земель
— Господин, прошу простить этого глупого старика, этого глупого евнуха. — кое-что знающий о почтении пожилой мужчина глубоко поклонился. — Он не мог предположить, что сие вздорные слухи, в которые этот старый идиот не поверил, окажутся правдой и юнцы на вид будут бессмертными даосами… — вновь поклонился евнух, прекрасно понимающий, что при его господине стоит винить только себя и никак не задевать гордость повелителя. Даже если тот сам не верил в эти слухи.
К сожалению, его молодые коллеги не поняли этого. Слишком уверены были в себе, ибо пришли в это захолустье из более высоких мест. Решили, что гордость смогут проявить. Не должно быть её у евнухов, не мужчины они более, чтобы меряться длиной гениталиев.
Тем временем господин с ненавистью посмотрел на своего главного евнуха, но всё же махнул рукой, давая понять, что ещё одной казни не будет.
— В счёт твоей длительной помощи в этот раз ты будешь прощён… Мы хотя бы убедились, что это всё — не глупые бредни черни. — сморщился Цзэсянь. — По крайней мере, не полностью. Я всё ещё не верю, что настоящие бессмертные проявили бы такую неблагоразумность! Они ведь должны знать, кто я такой и с кем родственными узами связан! Ничего… Ничего… Я покажу этим глупцам свою власть.
— Позвольте этому ничтожному вам помочь… — осторожно вмешался старый евнух.
— А? И чем ты же поможешь, когда так провалился? — презрительно фыркнул мужчина, благосклонно принимая яства от полуобнажённой женщины рядом.
— Смогу, о великий. — проглотив обидные слова, ведь вины главного евнуха в том не было, подобострастно промолвил старик. — Я ведаю, где живут те, кто нанёс вам столь страшное оскорбление, затронувшее и весь ваш род… — не изменяя тона, продолжил он. Внутренне евнух покачал головой. Его повелитель был слишком слеп к простому народу, среди которого уже утвердились слухи о местоположении жилья бессмертных, которых было даже не двое, а трое. Или даже четверо.
В отличии от своего господина, евнух пообщался с стражниками и понял, что оружие не берёт даже голую кожу даосов, а потому вряд-ли увеличение количества войск поможет в сражении. Но сообщать об этом он не торопился. Пусть господин убьётся, а с него все взятки гладки. Он старый больной евнух. Кто ему что сделает? Просто спокойно выйдёт в отставку, и понянчает в тишине и спокойствие внуков. Умершего младшего брата, но тем не менее. Да, за ним будут следить, но это всё равно лучше столь неблагодарной службы.
— О! Ну… Теперь мне более-менее понятно, почему тебя ценил мой отец. Хоть неудачи исправляешь быстро. — покивал чуть успокоившийся Се. — Скоро сюда прибудут представители моего почтённого дядюшки, и им ты поведаешь, где обитают эти, ха-ха, бессмертные небожители. Тьфу. И дабы неудачи вновь не возникло, отправишься с ними…
— Пощадите! Этот глупый евнух старый и больной! Он может не вынести путешествия! — тут же рухнул на колени старик, понимая, что его план может накрыться медным тазом. Вряд-ли даосы будут разбираться в тех смертных, кто на них посмел поднять оружие!
— Ха. Ври больше. Думаешь я не знаю с дядюшкой о твоих планах? Если всё пройдёт успешно… Я даже позволю им осуществиться. — презрительно отмахнулся мужчина, млея под ласками дев легкого поведения. — Если же ты меня обманул, умрёшь не только ты.