Сашка все эти дни проводил на работе, навёрстывая «прогулы» — те дни, которые он провёл в запое, и времени разбираться с аграфскими заморочками у него не было. Наконец, Лораниэль попросила его поговорить со старейшинами — у неё тоже не было ни времени, ни желания разбираться в хитросплетениях межклановых отношений.
Сашка не мудрствовал лукаво, а пригласил четырёх стариков попить мейд с хаомой в баре торгово-развлекательного центра. Те не стали отказываться.
…
— Милорд! Вы должны понять нас. Для нас клан — это смысл нашей жизни. — убеждал Сашку Хатальдир, самый старый из всех четверых аграфов. — Сейчас Ваш сын — это надежда. Не только для четырёх старых пней, что сидят перед Вами. Он надежда для всех жителей Тартана.
— Вы хоть сами понимаете, что просите? — Сашка пил мейд, хотя, по-хорошему, пара стаканчиков хаомы для текущего момента была бы в самый раз. — Чтобы мой сын всю жизнь потратил на то, чтобы добиваться какой-то мифической короны? А потом? Ну, допустим, он станет вашим Королём. Неужели вы думаете, что мы с Лораниэль отпустим его на Тартан? Пусть лучше живёт тут, в Гардарре, но полноценной жизнью.
— Все не совсем так, милорд… — ушастые тоже налегали на выпивку. — Лорд Яр будет жить там где захочет. Мы не просим отвезти его на Тартан. Мы просим лишь быть около него. А Тартан… Да, это наша Родина. Но это в первую очередь люди, родня не столько по крови, но по духу… И сейчас Тартан там, где наш Лорд… То есть здесь, на Аркаме.
— Но я гражданин Гардарры. И хочу, чтобы мой сын тоже стал гражданином Гардарры. Как же он тогда может стать вашим Королём, а вы его подданными?
— Милорд! — старый аграф уже немного окосел. — если наш Лорд Яр по наступлению совершеннолетия станет гражданином Гардарры, то мы все дружно попросим власти Гардаррской Федерации предоставить гражданство и нам. И поверьте — все аграфы, признающие Яра своим Лордом, поступят точно так же. И будут верно служить Гардарре.
Сашка пил и не знал что делать. По-хорошему, сбагрить бы их куда нибудь. Но куда??
— И ещё, милорд… — подключился к разговору Гильдор, самый молчаливый из четвёрки. — Мы неспроста ведём круглосуточное наблюдение за Вашим домом — не столько за самим домом, сколько за теми, кто сам наблюдает за ним. В первый же день мы обнаружили слежку за Вашим домом, и смею Вас уверить — это не гардаррская контрразведка. Зато они очень похожи на ребяток из Секретной Службы. Мы уже сообщили местной контрразведке об этих сомнительных личностях. Для Калиарии Леди Лораниэль стоит как кость в горле — пока она жива, она, как дочь одного из лидеров сторонников независимости может собрать вокруг себя сепаратистов Тартана. Тут уже речь о целостности государства, а не о четверке покрытых мхом стариков. А теперь Калиария знает, что у Лораниэль есть сын, и что мы, старейшины клана, принесли ему присягу как нашему Лорду. Опальные Лорды в истории Галанте были. А вот чтобы Лорд был гражданином другого государства, да ещё мог претендовать на королевский престол… Такое случилось впервые. Калиария, думаю, сама уже не рада, что затеяла всё это. Поэтому жизнь Леди и маленького Лорда находится под угрозой. Просим Вас, милорд — не отталкивайте нас! Мы будем защитой Леди и Вашего сына! Не смотрите, что мы старики — двое из нас отслужили в свое время в Королевских Силах Специального Назначения.
— Что же… — Сашка поставил на стойку пустой бокал. — Пусть будет так. Но! Лораниэль не донимать, интриг не вести. Устраивает?
Ушастые дружно закивали головами.
…
Они просто пили и разговаривали о не относящихся к Лораниэль и Яру делах. Оказывается, самый старый аграф, Хатальдир, был в свое время навигатором на транспорте, который во время последней войны с Делусом перевозил грузы для Рекомендательного Объединения из Армарры.
— … многим из нас тот рейс был последним. Рейдеры делуссцев постоянно шныряли во всех возможных системах подскока на пути до вашей Биармы. Из моего конвоя добрались до Биармы только 15 % от всех транспортов. — Хатальдир говорил уже заплетающимся языком. — Мне повезло, мой транспорт рейдеры не смогли остановить. А многие мои товарищи так и остались там, в безымянных системах подскока. После войны были поиски, большинство тел пилотов нашли и провели обряд похорон. Но некоторые так и числятся пропавшими без вести. Молодые, многие даже семьи не успели завести…
Аграф поставил бокал на стойку и посмотрел на Сашку:
— Милорд! Я понимаю, что это не тот вопрос, который вообще можно задавать, но я спрошу — Вы женитесь на Лораниэль?
— Скажем так… — Сашка знал, что убежать от себя ещё никому не удавалось. — Я женюсь только на ней, и ни на ком более — и она это уже знает. А она выйдет замуж лишь за того, кого полюбит. Я могу лишь надеяться, что однажды её избранником стану я, и тогда у нас с ней будет свадьба… Она простила меня — как, впрочем, и я её — но одно дело простить, другое — полюбить…
— Она любит Вас, милорд… Поверьте старику, прожившему более 120 лет. Просто ей нужно время, чтобы признаться в этом самой себе. И вам тоже…
Расстались они как хорошие друзья.
…
