В любви и на войне все средства хороши. Гордость предшествует падению. А еще он иногда называет сезоны годами, чего я не слышал больше ни от одного другого человека на этом острове.
К большому терпению придет и умение.
К месту использовать эти выражения мог только человек, который был хорошо знаком с культурой Земли.
— Хочу, чтобы ты знал… Мне не хотелось обманывать тебя из каких-то дурных побуждений, мне просто нужно было убедиться, — проговорил Байрон Рамзи и по его лицу проскользнула тень…
— Что все это значит? — вразумительно ответа от него я так и не получил, потому что земля затряслась прямо у нас под ногами. Примерно так и начинаются фильмы ужасов. Сука!
— О, Макс! Я же не сказал тебе самого главного! — Я повернулся к нему, и напряг слух, чтобы услышать за треском веток и разрываемой жуком земли хоть что-то. — Чтобы убить жука-оленя, нужно поймать его за рога и просто свернуть шею.
И тут, из-под земли вырвалось огромное существо. У него было восемь волосатых лап, как у тарантула, огромная башка и пара убийственных клешней. Он выскочил так внезапно, что даже самый бесстрашный герой мог наделать в штаны от ужаса.
Конечно.
Просто схватить эту тварь за рога и свернуть голову.
Это же так легко. Дьявол.
Жук-олень щелкал клешнями и слюнявыми челюстями, он смотрел на нас множеством блестящих глаз разного размера.
Рога у него были, как у обычного оленя, только в сотню раз больше, глаза расположены по обе стороны черепа, похожего больше похожего на наковальню, чем на голову.
Тварь была в яросте из-за того, что вместо сексуальной самки увидела двух наглых Ашеров.
— Байрон? — позвал своего напарника по охоте, потому что он бесшумно исчез из моего поля зрения, как гребаный ниндзя. И как он только это сделал с такими-то габаритами?
— Доверься мне, Макс, — раздался его низкий голос откуда-то сверху. Подняв взгляд вверх, увидел, что он вскарабкался на дерево, на самый верх.
— Какого черта ты бросил меня здесь одного? — старался возмущаться как можно тише. — Это что, такое посвящение? Типа «Добро пожаловать в наш мир! Чтобы тебя уважали, ты должен доказать, что у тебя есть яйца. Но только смотри, не сдохни». Я правильно понял?
— Макс, успокойся. Обещаю, что с тобой ничего не случится, пока я здесь. Просто не двигайся, — успокаивал меня Байрон. Но ему было легко говорить, это не на него смотрел огромный разъяренный жук так, словно собирался сожрать и тут же высрать.
— Не думай, что сможешь так легко сменить тему, — крикнул наверх. Вдруг, тварь вытянула свою тощую шею и двинулась в мою сторону.
Не двигаться было очень сложно. Прям задача с гребанной звёздочкой. Тем более жук прекрасно понимал и видел, где находится его враг, и уверенно набирал скорость.
— Макс, я обещаю ответить на все твои вопросы, но сейчас тебе нужно сосредоточиться, потому что олень готовится к нападению, — шепот Байрона разнесся по поляне. И, к сожалению, он оказался прав, как никогда. Все восемь жутких лап жука оленя подогнулись, как у кошки, которая готовилась к резкому прыжку.
— Черт! — заорал я и отскочил в сторону.
Клешни оленя рассекли воздух слева от меня. Мне не нужно было подходить ближе, чтобы оценить их остроту и опасность.
Быстрый.
Я едва успел твердо встать на ноги, как мне снова пришлось уворачиваться от разгневанного жука, он так и норовил насадить меня на свой чёрные, как смоль рога.
Уворачиваясь раз за разом от бешеной твари, не к месту подумал, как, наверное, ему удобно иметь сразу восемь ног. Жук двигался намного быстрее меня. А еще тише, и это тоже было его преимуществом. И судя по яростным воплям, которые он издавал, его очень раздражали мои метания.
— Сконцентрируйся, Макс! Откройся, позволь Богине Солнца направить тебя на верный путь!
— Богине Солнца? О чем вообще говорит сейчас Байрон? — отступил, чтобы избежать очередного удара рогами, но не увидел поваленного дерева. Зацепился ногой за корни и рухнул со всего маха на спину, как подкошенный. — Дьявол!
Я уворачивался от ударов ветвистых рогов жука-оленя, цеплялся за молодую поросль и вырывал ее и швырял в жучью морду. Но подняться не получалось, нога запуталась в корне и даже не думала двигаться с места. Вот это попал, ещё этот Байрон орёт какую-то чушь. Всё. Отступать мне было некуда.
— Око Богини, Макс! — снова взревел Байрон, но все, что я мог сейчас сделать, — это упереться свободной ногой в грудь оленя, отталкивая его от себя и не давая ему возможности откусить мою голову.
— Понятия не имею, о чем ты вообще говоришь! — крикнул ему в ответ. Жук-олень напирал, кажется, он хотел расплющить меня, а потом сожрать безвольное тело. Выбрав подходящий момент, схватил его за рога, чтобы он держал свою массивную голову подальше от моей шеи.
— Держись, я уже спускаюсь! — начал суетиться Рамзи, но прежде чем он успел коснуться земли, моя нога соскользнула по гладкому панцирю зверя, и жук чуть было не раздавил меня.
