В ожидании своего принца Трея места не находила, мерила комнату шагами, как зверь клетку, изредка реагируя на реплики старшей сестры. Правда, невпопад.
Надия, высокая, в родителей, темнокожая, грациозная, как пантера, лениво растянулась на розовом плюшевом пледе на кровати Треи.
Она совсем не изменилась, - улыбнулась Трея. Стала только красивее. Впрочем, и меня можно узнать, - женщина подцепила старинное овальное зеркало в серебряной оправе - трофей Алекса, добытый на раскопках древней Месопотамии - со стола. С гладкой, как лед, поверхности на нее устало смотрит женщина с молочно-белой кожей, с редкими веснушками, с большими, цвета меда, глазами, рыжие локоны опять выбились из прически и торчат в сторону.
Да, - она перевела взгляд на студенческие фото,- скулы чуть заострились, щеки запали, и губы, пожалуй, стали четче... Ну, еще небольшая морщинка у переносицы. Но в целом ведь не скажешь, что выпустилась десять лет назад...
*
- Волнуешься, бэйб? - Надия на фото сладко потянулась, подмигнула, сверкнув ослепительно-белой полоской зубов на черном лице.
- Он такой... Не как все, понимаешь?
Сестра пожала плечами.
- Не перебивай! Алекс... Заботливый, внимательный, романтичный... Представляешь! Ночью мы взломали астрологическую площадку на крыше универа и смотрели на звезды. А когда мне стало холодно, он укутал меня пледом!
- Пледом? - черная точеная бровь Нади иронично приподнялась на сантиметр, а пухлые губы растянулись в рвущемся наружу сарказме. Сестра с трудом сдерживала смех.
- Пледом, Нади! - запальчиво фыркнула Трея и снова выглянула в окно. Нет, показалось.
И что ее насмешило? Да какая разница!
- А зачем вы на университетскую площадку поперлись? - Нади зевнула ладошкой. - Мало студии?... И ближе, и взламывать не надо?
- Вот! - торжествующе воскликнула Трея и тряхнула рыжими пружинками волос. - Алекс говорит, что такие, как ты не рождены для романтики!
Вторая бровь Нади поползла вверх, видимо, для симметрии.
- Взломать универскую площадку, проползти под носом у охраны, рисковать, чтобы смотреть на звезды, Нади! Алекс...
Нади прищурилась, вытянула губы трубочкой, но промолчала.
Голос младшей сестры стал совсем тихим, а белое личико окрасил таинственный, заговорщицкий свет.
- Мы вместе уже полгода и он ни разу, понимаешь, ни разу не склонял меня... Ну, к близости.
Надия, вопреки ожидаемой реакции, нахмурилась.
- То есть твой ровесник, бэйб, за полгода так и не затащил тебя в постель?
Трея восторженно закивала. Алекс дарил цветы, кормил в кафе мороженным, встречал из Информатория. Они спали на одной кровати на вечеринке у Буссе, и дальше легких, как крылья бабочки поцелуев не зашло!
- А ты уверена, что у вас любовь, бэйб? Может, просто дружите? Ну, как брат и сестра?
- Мне кажется, он скоро сделает мне предложение... Я это чувствую... З н а ю...
- Трея...
- Нади...
- Ты несправедлива. А ведь ни разу даже не видела его! Я не понимаю...
- Бэйб, - Надия потрепала Трею по голове. - Когда тебе в тридцать лет понадобится мужик в постели, поймешь. А у тебя, в лучшем случае вместо мужика будет сопливая девочка. Выражаясь твоим языком, романти-ик. А в худшем - чужой, посторонний человек, которому до тебя дело как до погасшей звезды Альфа-Центавра. Ты пойми! Друг, соратник, это все не то!
Худшим опасениям Надии не суждено было сбыться. Все оказалось в лучшем виде. Именно так, как предсказывала сестра...
*
Хорошо, что прямо в светлом, восьмиугольной формы зале космодрома Венеры встретили давнего приятеля, профессора Нелиуса, Нела. Нел - почетный лектор, первый научный руководитель, знает Трею и Алекса еще со времен студенчества.
Обаятельный весельчак Нел увлек семейную пару археологов под воду, уверяя, что аккурат посреди искусственного океана в давние времена, задолго до перевода Венеры на новую орбиту, упал некий таинственный болид, который на самом деле был ничем иным, как потерпевшим крушение кораблем таинственных инсектов. Пять с половиной тысяч лет назад.
Правда по другой версии, а точнее, по утверждению верного врага и научного коллеги Нела, профессора Байровича, тот самый болид был, конечно, никаким не кораблем инсектов, а тривиальным ядром кометы.
Как всегда, романтично настроенный Алекс (годы не испортили его, или не помогли, это как посмотреть) проникся идеей Нела. Более трезвая и рациональная Трея склонна была поверить гипотезе Байровича, или, еще лучше, сделать собственное открытие, предложив Археологической Фригане новую, фактически подтвержденную версию.
Так что три дня предполагаемо романтичного уик-энда пролетели незаметно и весело, на самом дне искусственного венерианского океана.
