Захотелось снять кроссовки и пройтись голыми ступнями по песку. Май в этом году выдался теплым, и было совсем не холодно.
Поверхность озера была гладкой, вода отражала луну и звёзды. Здесь было так спокойно и свежо.
Ложусь на песок и закрываю глаза, наслаждаясь тишиной.
–Ась.
Вздрагиваю от неожиданности. Надо мной возвышался Рома.
–Что ты будешь делать тут одна? – он опустился на песок рядом со мной.
–Не знаю. Пока что буду лежать и кататься на алкогольном вертолете. – я довольно улыбаюсь.
–Может, поговорим? О нас, о том, что с тобой произошло.
Открываю глаза и смотрю на него. Рома сидит, разглядывая меня с ног до головы, но, избегает встречаться глазами.
–Давай не будем об этом. Это всё в прошлом.
–Странно. – ухмыльнулся он.
–Что странно?
–Маша мне сказала, как ты отчитала её.
–Во-первых, я была трезвая. Во-вторых, она была моей лучшей подругой. Тебя я отчитывать не собираюсь, я все прекрасно понимаю. Да и к тому же, я отпустила тебя. Сейчас мою голову занимают совсем другие мысли. – мой тон был спокойным, голос даже не дрогнул.
Рома вздохнул и лёг рядом.
–Можно взять тебя за руку?
–Валяй.
Его горячая ладонь накрыла мою.
–У тебя руки холодные. – с этими словами он переплёл свои пальцы с моими.
Почему я позволяю к себе прикасаться? Почему не отталкиваю? Потому что набухалась и не совладаю со своим телом?
–Я понимаю, что тебе сейчас нелегко. – начал Рома. – А знаешь, мне тоже. Это ведь не только твоя дочь. – последние слова он говорил медленно, выдерживая несколько секунд, прежде чем подобрать новое слово. Тщательно обдумывал их.
–Ром, ты бросил меня. Знаешь, как долго я зализывала ранки, чтобы перестать болеть тобой? А наша малышка тебе была не нужна.
Достаю сигарету и закуриваю, жадно втягивая дым. Это странно, но я даже не нервничаю, просто ужасно хочется курить.
Рома поворачивается ко мне лицом.
–Да, я поступил как последняя сволочь. Знаю, что не простишь…
–Вы что, с Машей вместе речь готовили? – усмехнулась я.
–Нет. – его немного смутил мой вопрос.
Рома двигался всё ближе и ближе. Он бережно собрал мои волосы, рассыпанные по песку, и поднёс к лицу.
–Я так скучал по тебе.
Внутри что-то ёкнуло. Что же это? Любовь, привязанность или всё сразу?
Поворачиваюсь к нему. Рома лежит с закрытыми глазами, прижав мои волосы к своим губам. Замечаю его слипшиеся мокрые ресницы и слезинку, которая медленно скатывается по щеке. Архипов плачет? Это что, розыгрыш?
–Прости меня, Ась. Если бы можно было вернуть все назад, я бы даже не задумываясь воспользовался таким шансом, но я не могу…Когда узнал, что с тобой сделали родители и ты вернулась я тут же собрался к тебе. Отец запер меня дома. Они не хотят, чтобы я с тобой встречался… – Рома протёр глаза и громко шмыгнул носом. На его щёки прилипли мелкие крупицы песка.
–И Маша тоже. Сегодня она приходила и просила не лезть в ваши отношения.
–Какие нахрен отношения?! – разозлился он.
–Она сказала, что вы вместе.
–Да нихрена подобного! Она бегает за мной с тех пор, как мы с тобой расстались! Я не раз ей повторял, что между нами ничего не может быть! Знаешь, что она сделала как-то раз, чтобы я на неё клюнул?
Я покачала головой.
–Предложила мне втроём. Я, она и Ксюша Тихомирова.
Мой звонкий смех, наверное, оглушил весь мир.
–Чтоооо?! Тихомирова – наша староста?! Эта тихоня в круглых очках с такими лупами, как у телескопа?!
–Да! – Рома засмеялся в ответ. -И ты согласился?!
–Нет конечно! Я же сказал – без шансов!
Мы снова взорвались смехом. Это немного разрядило напряженную атмосферу между нами.
Белянская в своем репертуаре. Любыми способами добивается своего, чего бы ей это не стоило. Даже такими глупыми и унизительными.
–Да уж. Весело тебе жилось. – с сарказмом сказала я.
–Без тебя – нет. Дай мне шанс всё исправить. Мы найдём нашу дочь, я устроюсь на работу, мы снимем квартиру и будем жить вместе и плевать на всех. Да пусть хоть вилами нас закидают. Я хочу быть с тобой. Я люблю тебя, Ась.
Рома кладёт ладонь мне на щёку и поглаживает её большим пальцем. Его лицо становится серьёзным, а вечные мимические морщинки между бровей разглаживаются.
Закрываю глаза, наслаждаясь моментом. Я скучала по его прикосновениям, по сильным рукам, по тому, как он на меня смотрит. Как-то с гордостью и восхищением, типо: «Завидуйте, пацаны, самая классная девчонка – моя».
В следующую секунду он целует меня, жадно впиваясь губами. Какие же они у него мягкие, как мармелад и такие же сладкие. В голове вспыхивают воспоминания: мы с Ромой целуемся на заднем сиденье его машины. Окна его «Жигулей» запотели от нашего горячего дыхания. А вот мы купаемся ночью в этом самом озере абсолютно без всего, распивая бутылку дорого вина, которое Ромка стащил из папиного домашнего бара. А вот меня в очередной раз наказали родители и посадили в комнату под замок. Ночью Архипов приехал, помог выбраться из дома. Я плакала, а он гладил меня по голове, и собирал слёзы рукавом своей кофты. Одно воспоминание сменялось другим, и эта карусель увлекала меня.
