Не могу поверить, что я это делаю. Меня продают какому-то незнакомцу. И вся эта красота – для него. Думаю о Роме. Как же мне хотелось увидеть его, больше всего на свете. И чтобы он увидел меня такой.
Лилия замечает мою выступившую слезу и вытирает её ватным диском.
–Я понимаю, что ты чувствуешь, правда. – она трогает меня за плечо. – Чувствую, как тебя трясёт. Ты должна это сделать, ради себя, ради дочери, ради нас. Вместе мы всё преодолеем. Только не раскисай, пожалуйста, это уже финал.
С этими словами она крепко обняла меня, а мне не хотелось её отпускать.
***
–Ася, пора. – сказал Михаил. – Провожу тебя до машины.
Я молча встала с дивана и взяла его под руку. В этот момент во мне кипела ярость, ненависть. Так хотелось вцепиться ему в лицо своим свежим маникюром.
Под ногами хрустели мелкие камешки. Я шла, как заколдованная. У ворот меня ждал чёрный тонированный ягуар, из которого вышел мужчина в сером костюме с сигарой в зубах. Какой же он уродливый: рубашка и пиджак еле сходились на его пузе, лысина блестела на солнце, которое еще не успело сесть. Маленькие поросячьи глазки разглядывали меня с ног до головы. Хотелось спрятаться от него, убежать и скрыться в лесу.
–Здравствуй, милашка. – он сделал реверанс и поцеловал мою руку. Я не заметно вытерла её о платье.
–Добрый вечер. – пискнула я.
–Тимофей, друг, так рад тебя видеть! – воскликнул Михаил и небрежно обнял этого толстяка. – Передаю тебе свой бриллиант, обращаться бережно и осторожно.
–Не волнуйся, я как всегда, буду нежным и чутким. – он противно причмокнул, наверняка представляя в своей грязной голове всё то, что собирается сделать со мной этой ночью.
–Прошу тебя, присаживайся. – Тимофей открыл передо мной дверь, и я послушно опустилась на сиденье.
Он еще несколько минут болтал на улице с Михаилом, а я рыскала по его салону, чтобы найти хоть один острый предмет и спрятать в сумочку, но ничего не нашла. Наговорившись, Тимофей медленно, переваливаясь на своих коротких ногах, дошёл до машины и сел за руль.
Громко высморкавшись в носовой платок, и, поправив торчащие из носа пучки волос, он надавил на газ, и мы тронулись с места.
–Расскажи о себе. – начал он.
Чёрт, почему этот вопрос мне стали задавать так часто?
–Да рассказывать особо нечего. Раньше училась в школе, гуляла, ходила в клубы, как все нормальные подростки, а потом кое-что случилось, что перевернуло мою жизнь с ног на голову. И вот теперь я тут. – пытаюсь опустить подол платья как можно ниже. Теперь оно кажется мне слишком коротким.
–А что случилось то? Хочу всё знать о тебе. – не унимался он.
–Может, сменим тему? – предложила я.
–Нет! – немного грубо сказал он. – Я слушаю.
Таким людям, как Тимофей не свойственно чувство такта. А что я хотела? Он меня купил и хотел воспользоваться мной по полной.
Глубоко вздыхаю, показывая, что мне эта тема не приятна и снова окунаюсь в тот самый день, когда у меня забрали Еву и рассказываю ему всё. Он слушал внимательно, не перебивая. Когда я закончила, Тимофей несколько минут молчал, а потом кашлянул так громко, что я вздрогнула.
–Печально это все, конечно. Но, с другой стороны тебе не нужно ни о ком заботиться, никого не нужно содержать. Вон мои отпрыски столько крови и денег сосут, что я бывает и жалею о том, что решился на детей. – холодно сказал он.
Так и хотелось подковырнуть его, что деньги сосут не дети, а шлюхи, которых он снимает. Но Михаил велел о жене и детях с ним не разговаривать, поэтому я замяла тему.
–А чем вы занимаетесь? – без интереса спросила я.
–Ой, конфетка, попытался бы тебе рассказать, но ты своими женскими мозгами не поймёшь.
Как же неприятно было общаться с этим человеком. Бездушная расчётливая скотина, которую не интересует ничего, кроме денег и самого себя. Больше вопросов я не задавала, и он тоже молчал, подтанцовывая под «MORGENSHTERN – SHOW», от чего я чуть не лопнула, сдерживая смех.
Ресторан «Losk» был шикарен. Снаружи это было большое круглое синее здание с множеством зеркальных окон, через которые не было видно, что происходит внутри. Тимофей любезно открыл мне дверь машины и подал руку.
–Тебе понравится, моя конфетка. – с этими словами он переплёл мои пальцы со своими и зашагал вперед. Его руки были сухие и потрескавшиеся, от чего меня затошнило и захотелось отойти от него как можно дальше.
Распахнув дверь ресторана, я попала в сказку: с порога я увидела несколько широких коридоров, похожих на трубу. Потолок и стены были полукруглыми, как у туннелей, но самое крутое было то, что они выполняли роль аквариума. Такими же были столики и барная стойка. Разноцветные рыбки плавали туда-сюда, гоняясь друг за другом и пуская пузыри. Это заставило меня улыбнуться и на время забыть, зачем и почему я тут нахожусь.
–Нравится? – с гордостью спросил Тимофей.
–Тут прекрасно. – разглядывая потолок, на котором плавала акула, ответила я.
–Скоро это всё будет моим. Выбирай столик, моя прелесть.
Я отвела его за самый дальний стол, и, в очередной раз, одёрнув платье вниз, села.
–Как я выгляжу? – вдруг спросил он.
